— Она жульничает… — шикнула Рюга, когда сестры остались наедине в другой части корабля.
— Разве? Я не заметила.
— У нее глаза наливаются духом.
— У тебя тоже, — Рю поглядела на сестру. — Это от концентрации.
— У меня чувство, что она видит меня насквозь, — Рюга вцепилась в борт корабля, попыталась его расшатать. — Я даже когда думаю, к какой бусине притронусь, она уже знает, что я сделаю… А на вид дура дурой, еще и поддается, бесит.
— Мастер говорил, что Мия однажды всех нас удивит.
— Ага, как в детстве спрячется в соломе?
— Ты злишься на нее? — спросила Рю, тоном, который красная сестра не любила больше всего, словно обращалась к душе напрямую.
— Какое мне дело до нее?.. — Рюга из-за плеча поглядела на лина и девушку, — она, раздражает меня своей беззаботностью, летает в облаках, хотя слабее всех. И ее это даже не напрягает. Если бы я так опозорилась на отборе, нашла бы скалу повыше и сделала шажок в нужном направлении.
— Не говори так! — с серьезным лицом выпалила Рю.
Рюга выдохнула, положила ладонь сестре на затылок, потянула к себе и нежно боднула лбом.
— ЗА ВЕСЛА! — пророкотал капитан, словно призывал армию к битве.
— Я точно его зажарю! — зарычала Рюга.
— Птицелюды прямолинейны, просто помни — он говорит, что думает.
— Ага, еще и как, думает…
По палубе забарабанили лапы. Кито забрался на мачту.
— Смотрите! — крикнул он.
За носом корабля виднелся холм, за которым стелился океан.
Стоял идеальный штиль, а по словам совы, до течения еще плыть и плыть.
Когда весла вошли в воду, стало ясно, что Кито не может вращать рычаг таких размеров, а Мия выдохлась за полчаса. Рюга наворчала на обоих и пыталась соревноваться с сестрой, но дело шло медленно.
— Я думал, вы сильные… — ухну птицелюд.
— Слышь курица, может, покажешь, как надо? — сквозь зубы процедила Рюга.
Сова прошел к скамейке, сел, схватился за весло. Сестры сразу задействовали пристальный взгляд, когда ощутили мощный толчок с борта птицелюда. Серый дух в теле капитана действовал безупречно. Едва заметный, не как у одаренных. Однако потоки в духовых артериях набухали только когда было нужно и текли плавно в моменты расслабления.
Близнецы Мадо схватились за весла.
— Стойте, как же мы будем защищать судно, если вы истратите дух? — спросил Кито.
— Я потрачу половину! — рявкнула Рюга.
— Я тоже, — вторила Рю.
Мия посмотрела на лина. Тот кивнул.
Кристория схватилась за весло.
Кито сжал посох и начал размахивать им над Мией, переливая в нее чистый дух белого цвета, который создавал из своего — зеленого. На эту технику он тратил свои силы пять к одному.
Рю толкала весло чернильными сгустками из ладоней благодаря истоку. Рюга же создала внутренний скелет.
Так прошел час.
Перерыв.
Еще два.
К вечеру квартет едва находил силы, чтобы шептать. Мия и Рюга потратили весь дух. Рю и Кито сохранили треть. Дрожащими руками они с трудом подносили еду ко рту. Палочки то и дело выпадали, а ладони, хоть и намозоленные тренировками, к такой работе были не готовы.
Рюга рыкнула, кинулась есть руками, но передумала, как только увидела, что ее сестра пересилила себя и, хоть и неуклюже, продолжила есть палочками.
— Курица не так прост, как кажется… — пробурчала Рюга, давясь едой.
— Если бы корабль был уже, я бы мог грести в одиночку, — раздался ухающий голос за спиной красной сестры, отчего та поперхнулась.
— Вы обучались боевым искусствам? — Рю протянула флягу с водой, погладила-постукала сестру по спине.
— Нет.
— Но как вы освоили? — начал Кито, но кашель Рюги перебил его, лин прикоснулся посохом к холке, благодаря чему гон смогла откашляться куда быстрее. — Вы направляете дух как Мастер.
— Я делал это почти всю жизнь.
— А ты чего думал, он книжку прочитал? — прокряхтела Рюга и продолжила жевать.
В очередной раз сова потянул к воде когтистую лапу.
— Мы близко к течению, еще час и сможем плыть без весел, в этих водах нам вряд ли что-то угрожает.
Совиная голова с вызовом поглядела на Рюгу.
— Кит, залей мне немного, — проговорила она, не отрывая глаз от капитана.
— Я если честно, на пределе. — Лин смущенно почесал за ухом.
— Давай, а.
— Ох, ладно… Но Мие лучше на сегодня остановиться.
Еще час сестры гребли с одной стороны, а птицелюд с другой. Из последних сил близнецы осмотрели капитана светящимися глазами и поняли — он не потратил и пятой доли духа.