— Прости… Я, когда думаю о них, не могу…
— Думаю, приюту нужно выделить другое здание. — сказала Рю.
— Согласен! — сказал Кито, — Там даже здоровый может заболеть.
— Я займусь этим сегодня.
Мия поклонилась Рюге, та нехотя отзеркалила.
— Кажется, за нами следят. — Мия показала пальцем на забор, из-за которого торчала черная макушка с лысыми висками.
Рюга разбежалась, прыжком перелетела ограду вдвое выше нее самой. За ней стоял Дракончик на плечах Тощего, тот балансировал на гнилой бочке, которую придерживал Зеленый. Наэль и Тихий просто стояли, а Веснушка подглядывал через щель.
— Ого-о-о, босс! — воскликнул Дракончик, бочка хрустнула.
Мальчишка бы шлепнулся, если бы гонкай не поймала его за шкирку.
— Я же говорил, — буркнул Тощий, который все утро доказывал, что Рюга на их глазах вчера спрыгнула с крыши.
— Тихо подобрались, хвалю. — Гон отпустила Дракончика. — За мной.
Рю, Кито и Мия поклонились привычным жестом и пошли по своим делам.
— Она не поела, — сказал Кито, когда они вернулись в комнату.
— Не волнуйся за нее, — ответила Рю. — Кит.
— М?
— Если понадобится помощь, не молчи, пожалуйста. — Рю перезаплела волосы в гребень-плавник, вспомнила, как Кито лег позже всех и встал на три часа раньше, чтобы приготовить микстуры.
— Хорошо, но пока я справлюсь! — бодро заявил лин, натянул здоровенный рюкзак и пошел к выходу.
(Через пол часа)
— Ого… — выдохнул Кито, глядя на очередь рядом с приютом.
Полсотни айну выстроились у входа. Гоны, люди, лины и зверолюды с разными головами, в основном выдры.
— Что делать будем? — спросила Мия.
Кито пошлепал себя по мохнатым щекам, пробежал пристальным взглядом по жителям. Вчера лин сказал Майлин, что он бы мог начать принимать больных в приюте, и просил ее распустить об этом слух, — «Половина сильно болеет, — подумал он, увидел у пары выдр зажимы в плечах, а у одного старика в шее и сердце сияли комки духа, — совсем плохо!»
— Будем работать! — воскликнул Кито, навострил уши.
— М! — Криста с улыбкой кивнула.
Рю зашла в свой кабинет, который ей выделили в здании суда. Ее там ждала гора отчетов, которые собрал Судо. Пока она разбирала их, поняла, что заместитель судьи постарался организовать их в определенной последовательности. К концу дня прочитав больше половины, она только укрепилась в своих вчерашних выводах — послов от Холмов, что должны были работать над судебной системой Далай, пытались подкупить, запугать, а потом и устранить. С одним это получилось наверняка, второй исчез. Сыщики, что собирали эти сведения, тоже пропали или были убиты.
«Хотят запугать нас, — подумала Рю, когда задалась вопросом, почему эти бумаги попали к ней, — написанное, скорее всего, правда».
Над отчетом одного из пилигримов белая гонкай просидела до середины ночи.
Раздался стук.
— Госпожа Мадо, — собратился Судо, — у вас все хорошо?
— Да.
— Я могу войти?
— Да.
Шао открыл дверь, он сделал это беззвучно, хотя у Рю она скрипела.
— Возможно, вы хотите заночевать у нас, — предложил парень, — у нас есть свободная комната, где вы сможете отдохнуть.
— Господин Судо, вам знакомо имя Лисара?
«Почему она спросила о ней… — подумал Шао, — ведь в отчетах о ней ни слова».
(Неделю спустя)
Изо дня в день Рюга и ее банда ходили по дворам. Мальчишки прилипли к ней как репей. Поначалу гонкай думала, что придется их заставлять, но обнаружила, что они будто рады проводить время таким образом.
Многие жители узнавали Зеленого, Дракончика и Тощего, которые родились и выросли в Далай. Наэля и Тихого, наоборот, занесло в город лишь несколько лет назад. А Веснушка, по его словам, постоянно был в торговых разъездах с отцом, поэтому многие его не узнают.
По слухам местных, за эти теплые деньки банда Рюги починила, убрала и отремонтировала столько, сколько гильдия разнорабочих за год. Правда в слухах опускался тот факт, что к мальчишкам и гонкай то и дело на помощь приходили все соседи с улицы.
Рю разбиралась со старыми законами Далай. Судо проводил с ней дни напролет, разъяснял массу тонкостей, — «Она умнее и эрудированнее всех, перед кем собирается выступать…» — Подумал Шао, когда гонкай задала очередной вопрос, ответом на который была очевидная глупость местных устоев, а точнее, законов для богатых, большинство из которых были написаны в годы войны.
— Получается, домовладение может не платить половину налогов, если предоставило городу даже небольшое судно на срок менее месяца? — спросила Рю.