Мия добралась до рынка, где располагался склад. Ее встретила девочка-зайка, которая пыталась продать Кито неспелые фрукты за баснословные деньги.
— Пришла? — буркнула лин, — я Дирза.
— А я Мия. — Кристория поклонилась.
— Чего кланяешься? Пошли, там много.
Зайка-лин повела девушку по темному коридору на внутренний двор рынка, где торговцы хранили товар.
— Как там мои братья? — спросила Дирза.
— Вы про Шото и Досо?
— Да, про кого же еще? И что еще за вы?!
— Они в порядке, хорошо питаются, веселят остальных.
— А где этот… как его?
— Кито?
— Ну да, чего он не с тобой?
— Отправился по делам.
— Передай ему, пусть приходит, — пробурчала зайка, — я продам ему фрукты.
— Х-хорошо, передам.
— Чего встала? Бери — твоя телега.
Мия еле выкатила тачку с кривыми колесами, направилась в приют.
— Ты жульничаешь! — кричал Дракончик, из последних сил он пыжился, чтобы рывкануть еще хоть раз.
Рюга же подтянулась уже сороковой, причем на одной руке, она делала передышки, которые становились все длиннее, последняя тянулась пол минуты, но гонкай не отпускала перекладину. Десять минут назад она сказала, что даст мальчишке шанс, если в этот раз подтянется больше чем она, то, так и быть, будет называть его Драконом.
— Нет, она не жульничает, — прошептал Тихий.
Рюга глянула на птицелюда красными глазами. В его зрачках едва светился серый дух. — «Хан говорил, что птицелюды часто бывают зрячими от природы…» — подумала гонкай.
— А-а-а-а! — Дракончик отпустил перекладину.
— Ты даже двадцать не смог подтянуться, — сказал Веснушка.
— Ага, и то кряхтел, — добавил Хиджи.
— Да как такое возможно?! — завопил Дракончик, поглядел на гона. — Мне тут непривычно просто.
— Вообще-то, я подтягивалась на левой, — сказала Рюга, улыбнулась, ее глаза накоротко широко раскрылись. Дракончик свесил голову.
«Черт, потянула-таки… — подумала Рюга, слегка подергивая мышцами она нащупала старую травму, которую только-что сделала новой, — потом попрошу Кито».
— Тебе никогда ее не победить, — сказал Зеленый, — смирись.
— Нет уж! — Дракончик встал в боевую, как ему казалось, стойку, прокричал. — Через неделю я вызываю тебя снова!
— Да хоть каждый день, только теперь я буду делать это двумя руками, — сказала Рюга, посмотрела на свою тень, которая уперлась в носок. — О черт!
Гон побежала в сторону скалы на окраине города, затем вернулась, схватила Зеленого, как авоську, закинула на плечо и рванула снова.
— В чем дело?! — воскликнул Грису.
— Дорогу покажешь.
Мия докатила тележку до угла, за которым находился приют. Когда она завернула, перед ней оказалась куча черных рубах с рисунком расколотого поплавка на спине.
Запахло прелым потом.
Кристория покатила тележку в сторону толпы, чем больше она разглядывала обстановку, тем больше понимала, что происходит.
Тележка остановилась.
— Простите, можно мне проехать? — прошептала Мия.
Ближайший детина ее даже не расслышал.
Раздался женский крик, — «Это Майлин!» — поняла Мия. Следом раздались детские визги и плач.
— Что там происходит? — уже громче спросила Кристория.
Наконец, к ней повернулся мужик с бровями, похожими на мохнатых гусениц толщиной с палец, он беззубо улыбнулся, сквозь щели высунул язык.
— О! С нами пойдешь, красавица.
Волосатая лапища потянулась к девушке. Мужик не сразу понял, что с ним происходит. Сначала он подумал, что оступился. С придурковатым видом поглядел через плечо на Кристу.
Над фиалковыми глазами дрожали брови, а на его локте уже были налитые духом пальцы.
— Бо-о-ос! Она одна из… — заорал мужик, но прервался, потеряв весь воздух, оказался на лопатках.
— Простите! — пискнула Мия.
К ней повернулось две дюжины небритых рож, в основном люди, пара черных как уголь гонов и один птицелюд с головой петуха.
— А?
— Что там?
— Девка, какая-то…
— Ага, ниче такая…
— Рубила!
— Напала на него!
— Она пилигрим! — прокудахтал петух, достал меч и бросился на Мию.
Выпад.
Петух вдруг обнаружил лезвие своего меча у пернатого горла. Рука Мии дрожала. Она поглядела на пиратов. Джина рук уже сжимала локти и шеи детей постарше.