Все произошло за пару секунд. Внутрь палатки проникла капля света от костра.
— Валы кы ты… — начал рычать бандит.
Что-то воткнулась в лысый затылок. Лишь на пол пальца, но этого хватило, чтобы мужик закряхтел и начал брыкаться в конвульсиях.
Острие поднималось и опускалось еще пять раз: горло, глаз, ключица, второй глаз, затем остановилось, чуть погодя вырвалось из щеки.
Знакомая рученка схватила Рюгу. Они прошмыгнули наружу.
Загалдели полупьяные голоса.
— Чы зы шым?
— Ты он с дывкой этый…
— Прывэрю.
— Он жы те гылыву отырвэт.
Кровавая ладонь прижала щеки.
— Тихо, — сказала Рю и прикрыла сестре рот, та похлопала по руке, захватала воздух.
— Чы у ты тыт, ы? — пролебезил разбойник, не дождавшись ответа, отодвинул штору, зашел. — Э?.. ЗЫРЭЗАЛИ!
От костра раздался хохот.
— Сыда жэво! — снова проорал бандит.
На этот раз мужики зашевелились.
Через минуту они столпились у палатки.
— Эты ты ыго?
— Дурык, я тылько подышел, а он ужы…
— Тэ мылкая вырэнулась. — сказал третий.
— Оны ж сыпля, кык бы оны егы?
— Точны тыбе говырю.
— Эты жы… хорышо, — пробубнил четвертый.
Первый толкнул его.
— Сым пырэскэнь, обыих продадым еще рыз. И ужы подырожы!
Бандиты говорили все бытрее от чего близнецы не могли разобрать ни слова. Через минуту мужики разбежались по округе.
Тонкие пальчики отодвинули заплатку-штору, в которой близнецы укрылись, не отходя от палатки.
— Сиди тут, я скоро вернусь. Когда скажу, мы побежим в лес. — Прошептала Рю и тряхнула сестру. — Слышишь.
Рюга закивала.
Девочка подошла к костру, вытащила палку и кинула в повозку с награбленным.
Тряпки и запасы выпивки полыхнули еще до того как Рю вернулась. Когда прибежал один из бандитов и заорал о пожаре, остальные быстро сбежались на его крик. Разбойники принялись спасать груз.
В этот момент сестры уже бежали к реке. На берегу Рюга оцепенела.
— Мы должны плыть. — Рю снова тряхнула близнеца, которая уставилась в черную воду, — как тогда, прыгай по дну, поняла?
Рюга задышала как мышка.
— Я буду держать тебя за руку. Обещаю, ты не утонешь.
Рю хватанула сестру, затащила в воду, та пискнула. Она и сама не ожидала, что река будет на столько холодной. Заслышав крики, решила, что отступать уже поздно.
Как поплавки, которые дергают рыбешки, близнецы плыли в ледяной воде. Рюга отталкивалась от дна как сказала сестра, когда его не было, Рю ныряла под нее и держала на воде.
— Хватит, т-ы с-снова заб-бо…
Красная сестра начала захлебываться, плескать руками. Рю обхватила ее, положила на живот.
— Я с тобой, просто держи тепло, не напрягайся, — простучала зубами гонкай, обнимая сестру.
Вода щипала холодом не хуже кипятка, стоило сестрам чуть разомкнуться. Погони не было, через несколько поворотов русла, девочки выползли на берег.
Едва в состоянии шевелить ногами они улеглись в траву.
— Д-держись меня, — проговорила Рю. Потрогала лоб сестры, — Ледяная! Не спи, Р-рюга.
— Я х-хо-очу д-домой, — прохрипела девочка и вцепилась в ребра сестры, — п-почему-му м-мы т-ту-ут?
— С-сосредоточься на тепле, — Рю застучала зубами, цапнула себя за щеки и обняла близняшку. — Я с т-тобой.
Через пару минут сестры перестали дрожать и уснули.
Глава_13.2
Рю потрогала шерсть — «Теплая».
Рюга почувствовала, как ее прикрывает пушистый хвост.
Через полчаса щеки и носы близнецов покраснели из них снова начал идти едва заметный пар. Белая сестра крепче обняла красную.
Утром девочки одновременно открыли серебряные глаза. Перед ними присела четырехкрылых птичка с розоватым клювом. Как только она засекла их взгляды, тут же упорхнула.
Рю почувствовала, что ее шея и спина согрелись так сильно, что даже вспотели.
Раздалось знакомое поскуливание.
Гоны подорвались, рядом с ними дышала рогатая морда.
Собака торговца, который вылечил Рю.
— Она шла за нами? — пролепетала Рюга.
Сестры переглянулись, вспомнили старика, что подобрал их. Собака наклонилась, начала что-то облизывать в руке Рю. Только сейчас она поняла, что все еще держит заточенную палку, которой заколола бандита в палатке.
Гон отбросила ее, подвигала одубевшими пальцами.
Рюга взялась за руку сестры.
— Прости…
— За что?
— Папа говорил, что плохо убивать, теперь из-за меня ты…
Рю обняла сестру, поцеловала в макушку. Потерла щеки.
— Ничего не болит?
— М-м, — Рюга помотала головой.