— У меня нет палатки, — сказала Рю, когда Шао подошел.
— Я взял два спальных мешка, так мы сможем двигаться быстрее.
— Тогда я понесу припасы.
— Считаю, стоит разделить все поровну.
— Хорошо.
«Она так просто соглашается…» — подумал Судо, сморщил брови. Он вспомнил разговор получасовой давности и помял в кармане флакон с черной жидкостью.
— Не отставайте, мастер Судо, — сказала Рю.
— Иду!
Они подошли к ездовым зверям — хоботару, которых привел староста деревни. Сам он уже сидел верхом. По виду животные напоминали шерстистых тапиров размеров с быка, только с шестью ногами и небольшими бивнями.
— Сколько ехать до вашего поселения? — спросила Рю у старосты.
— Если будем двигаться до заката, успеем добраться за два дня.
— Вы спали?
— Да…
— Тогда мы будем ехать ночью. — Гонкай запрыгнула на зверя, он заурчал и начал трясти спиной. Однако быстро успокоился, почуяв, как легко Рю ловила равновесие.
— Но это опасно: на дороге немало зверей и…
— Я смогу защитить нас.
Старик потер висок, с открытым ртом поглядел на девушку, потом на Судо. Кивнул.
— Тогда успеем к завтрашнему вечеру, — сказал старик.
Судо оседлал хоботару, зверь хоть и видел заместителя судьи впервые, даже не уркнул.
Вскоре трое путников покинули Далай.
Тихий ходил по городу. Уже второй день птицелюд скрытно преследовал Кито и Мию, когда они покидали казармы. В это утро Криста и лин вместе пошли в приют. Птицелюд передвигался бесшумно, однако, когда выглянул из-за угла, понял, что его засекли. Тихий одернулся назад.
— Я догоню — сказала Мия.
— Все хорошо? — спросил Кито.
— Да.
— Ладно.
Когда лин скрылся за поворотом, Криста немного выждала, повернулась к Тихому.
— Саймо, выходи!
Птицелюд вышел из-за забора, подошел.
— Простите, — сказал он.
— Почему ты следишь за нами? — спросила Мия, — уже второй день.
— Я… Хотел быть полезен.
— Тебя попросила Рю?
Саймо помотал головой.
— Рюга?
— Нет, я подумал, что вас могут попытаться устранить скрытно.
— Устранить?..
— Вы ходите без защиты, раненая! — крикнул Тихий. — Простите.
Криста влила дух в глаза, пару секунд она изучала лицо птицелюда.
— Я не против, — она улыбнулась, развернулась и пошла вслед за Кито.
Тихий стоял как вкопанный больше минуты. — «Что это было?» — думал он, в его сознании что-то изменилось, он чувствовал это каждым пером на теле, хотел свернуться в клубок и взлететь одновременно.
Мия оглянулась с другого конца улицы. Саймо дрогнул. Затем снова начал преследовать девушку.
Через пару кварталов Мия увидела, как Кито, Дракончик, Зеленый и все гоны, что состояли в банде Рюги стояли вокруг парня с бирюзовыми волосами, в обносках. Тот сутулился, хохотал и что-то тараторил с безумной улыбкой. На теле и лице Мятноволосого было столько шрамов, что хватило бы на всю толпу вокруг.
«Он вышел с корабля вместе с остальными пленными…» — подумала Мия, вспоминая как этот парень схватил Рюгу за ладонь.
— Да вот глядите! — прокричал он и протянул руку Зеленому, — сделай так же.
Грису протянул ладонь, Мятный пожал ее.
— Давайте все пожмем друг другу руки! — сказал он.
Хмуря брови гоны сделали это, затем мальчишки и Кито.
Мия подошла.
Мятный повернулся к ней, его улыбка была как у гиены.
— О барышня, у вас необычное лицо! — воскликнул он, — вы из торговых городов?
Парень протянул руку.
«Он плохой человек…» — подумала Мия глядя в его кроличьи глаза, красные как рубин.
— Что ты хочешь? — проговорила девушка и схватила себя за плечо.
— Пожать руку, так принято в наших краях верно? — сказал он, — или вы из Империи как я?
— Ты врешь, — сказала Кристория.
— Чего, это почему?
Придурковатая личина на лице Мятного сменилась прищуром как у Судо, только вместо кроткой улыбки осталась шакалья.
— Ни в Империи, ни в торговых городах женщинам не жмут руки.
— Да и странно это… — сказал дракончик. — Без обид парни, но я не люблю лапаться с мужиками.
Пара гонов похихикали.
— Да, странно это, — сказал Кито, пытаясь разрядить атмосферу, он почесла затылок, — «Почему Мия так насторожилась? Она говорит почти как Рюга!» — подумал он.
— А я всегда думал, что хорошо если руки будут пожимать все и всем. А! — снова взвинтился Мятный, потряс руку в воздухе перед Кристой, его пальцы телепались как лапы у раздаваленного паука.
— Нет, простите. — Мия лишь сильнее стиснула свою руку и отвернула голову.