— …И вот вы слышали композицию Тенре по мотивам напевов Улюты… — захрипел с помехами диктор в динамиках радио, включенный безжалостным Тоддом. — Слушайте Последнее Радио и оставайтесь с нами на этой частоте, впереди вас ждут новости Ливоты. И помните если -
Понятное дело, ни на какой праздник они не попали, и отмечать уже «знакомство», как выразилась в начале дня Хелга, уже не стали. Да и день, к их возвращению, успел наступить другой. Все были вымотаны и настроение было какое угодно, но не веселое.
Вероятно Тодд успел связаться со своими людьми, потому что на аэродроме, откуда они и стартовали, возле кораблехранилищ, уже стояли воздушные машины. Свечение дюз которых показывало их полную «боевую» готовность. Здесь все трое попрощавшись, причем Хелга его крепко расцеловала, а спокойно смотрящий на это «безобразие» Тодд, просто пожал руку, расстались.
Тодд спешил поставить в известность лично «высокое» руководство, Хелга спешила устроить себе «огромную ванну», а Вадим просто предпочел бы спокойно выспаться. Хотя над чем подумать ему было больше всех. Но давно научившийся относить раздумья на свежую голову, он и в этот раз не стал изменять, с таким трудом обретенному, умению.
Он был и без них уверен в том, что «случайные» истребители вместе с потерей связи, были далеко не случайными, и к его злости наверняка с ним и связанные… Вернее с генеральским планом. Уверенность в этом была столь крепка, что он, ожидая продолжения неприятностей, хотел было попросить отвезти его в ангар, поближе к кораблю. Так на всякий случай…, но всё же не стал. Это было уже с усталости, не следовало поддаваться страхам, не грудью же ему вставать на защиту «Арчера», а больше ничего и не было…
Отвозивший его пилот, нахально поставил широченный орбитальный «Лехух» прямо напротив гостиницы, перегородив большую половину дороги и слегка подпалив ближайшее дерево. Несмотря на протесты Вадима, тот сослался на приказ и отправился с ним в номер. К облегчению последнего ночевать он там не собирался, а просто осмотрев его, пожелал спокойной ночи и отправился восвояси. Правда тяжелого свиста взлетающей машины, Вадим так и не дождался, впрочем, ему уже было на все наплевать. Пройдясь по номеру, он покрутил в руках стоящую в баре единственную бутылку местного виски, но всё же поставил её на место.
Горячий душ расслабил его, после которого, предвкушая сладкий сон он уже «накапал» себе «чуть–чуть для сна» и выпив эти, чисто символические сорок грамм, полез в кровать…
КК лежащий рядом на столике тихонько звякнул и высветил в воздухе затейливую голограмму.
— Нет… — простонал Вадим. — Ни хрена, не может быть… — но посмотрел, всё–таки, на присланное сообщение. Стараясь не терять душевного спокойствия и сонного настроения лениво произведя необходимые действия. К его удивлению прямым текстом писанное…
— «Научно–исследовательский Центр имени Деидре Белаху- всё, что помнишь…». — гласила единственная строчка текста.
Сна больше не было, моментально возникший легкий озноб так же мигом подавила злость, и поднявшись к кровати Вадим, как был голый, подошел к столу взял бутылку и сделал хороший глоток. Думать ему или вспоминать не хотелось ни капли, оставалось лишь опять затуманить голову…
— Я после увольнения выпил уже, по моему, больше чем за пять лет службы… — подумал вообщем–то малопьющий парень, похоже уже в прошлом «мало-…». Он вернулся и сел на кровати укрывшись одеялом. На самом деле в тех воспоминаниях, корректированных «эмоционально» военными психологами, было, помимо всего прочего, много «интересного»… Такого, за что многие бы, как выразился Тодд, отдали бы многое.
— Вот генерал Май и отдает… — растирал руками виски Вадим. — Только не мне, пока что… Надо было не восприятие прошлого корректировать в положительную сторону, а стереть всё к черту как остальные, пожалел мозги. Вот теперь они тебе покажут…
Сожаления «бывшего», были беспочвенны, в том смысле что по рангу ему это не позволялось проводить после операций, мало ли… А после отставки он и так ни о чём плохом не думал. Только теперь…
— Ну почему после армии я то поесть нормально не могу, то выспаться?… Как–то не так я себе всё представлял. — Вадим опять глотнул вкусный и мягкий напиток, чья цена, знай он её, мигом бы его отрезвила. — Почему мне всё сваливается не вовремя?… Или может как раз вовремя? Просто я не понимаю. Нет, вероятно до завтра это не ждёт… Или ждёт? Вот черт. Как говорят «завтра–это завтра». Или «завтра — значит завтра»?…