— Так, сейчас двадцать минут девятого, по местному… — парень шел иногда оборачиваясь на «Арчера», чтобы еще раз полюбоваться на силуэт выделявшийся, среди других, своим высоким альбедо. — Двадцать минут девятого… уже двадцать минут… Как, уже двадцать минут девятого?!
Что ж такое… Лени! Какой же я болван, госпожа полковник… — с этим возгласом, испугав окружающих, Вадим опрометью понесся к станции монорельса.
— Две любви, земля и космос в нем живут неразделимо… — бормотал на бегу парень. — А граница между ними… не ну я увлекся…, где ж теперь себя в порядок привести?…
Вокруг, наполняя гомоном воздух, прибывал и прибывал по случаю вечера, народ. Иные шли на ту же выставку, с которой убегал парень, веселые компании валили в Парк Аттракционов, а шедшие оттуда же возмущенные мамаши, сопровождаемые малолетними отпрысками и довольными мужьями, негодовали по поводу эротического характера иных развлечений Парка.
Кто–то просто выпивал себе сидя в открытых кафе и «обжорочках» быстрого питания, в ресторанах с видом на темные скалы планетоида и огни других куполов. Располагались поудобнее, словно это был не один из десятка Куполов Станции, а экологически чистое курортное место. Но не было посадочных причалов в Пятом Куполе, а гостиниц светились десятки, этим и объяснялась неспешная атмосфера отдыха, несвойственная другим местам Станции. В отнюдь не сферическом, а скорее плоском и прозрачном, высоком небе Купола, висели цветные трехмерные голограммы реклам, вспыхивая и переливаясь вперемешку с новостными тривизорами, закрывали собой ночь космоса. Вывески магазинов, отелей и ресторанов бросали яркие блики на лица гуляющих, и светлячками мелькали в людских потоках разноцветные проводники…
Выскочив с территории выставки на оживленную улицу с вокзальчиком, парень заозирался, ища хоть какой–нибудь магазин мужской одежды, ничего не обнаружив и видя подъезжавший поезд, бросился в него, надеясь переодеться уже в Восьмом Куполе Станции.
За пыльными окнами поезда была непроглядная тьма с трудом угадывающимися огнями Станции, а после, поезд опять влетел в подземный тоннель, и смотреть стало совсем не на что. И Вадиму лишь оставалось слушать, как внутри него гадко тикает обратный отсчет, он сам будучи как и всякий пилот, «хронометром», и так понимал, что опоздает. И как только двери остановившегося поезда открылись, выскочил из него, бросаясь к ближайшему справочному «столбу».
— Отель «Джейбрау Инн». — торопясь, произнес, обращаясь к лицевой стороне, гладкого как палка, аппарата.
— За вашей спиной, сэр. — ответ почему–то раздался сзади, заставив парня обернутся.
Держа руки за спиной, и перекатываясь с пятки на носок, перед ним стоял охранник станции, на чью неброскую серо–синюю форму подлетевший Вадим не обратил внимания.
— Отель «Джейбрау Инн», расстояние от вас- четыреста метров, желаете получить проводника? — откликнулся и «справочник».
— Спасибо. — вежливо поблагодарил парень
— Пожалуйста. — также вежливо ответили ему и охранник и «справочник».
Над крышами низких строений, прилегающих к вокзалу, возвышалось, увенчанное названием, пятиэтажное, отдельно стоящее здание гостиницы.
Без одной минуты девять, Вадим успевший воспользоваться ионной чисткой одежды и при помощи одноразового набора привести в порядок собственную внешность, стоял внизу широченной главной лестницы холла отеля. Среди дорогих нарядов контингента этого недешевого заведения, он чувствовал себя несколько неловко, при мысли о, наверняка выйдящей в вечернем платье, госпожи Варенталь. Его хоть и дорогая, но несколько легкомысленная, одежда совсем не вписывалась в строгие образцы окружавшие его…
Лестница постепенно всё более заполнялась народом, спускающимся в холл, но, не смотря на пестроту платьев и костюмов, среди их обладателей Вадим мигом разглядел госпожу полковника. Спускающуюся, к его неудовольствию, в окружении группы таких же высоких армейских чинов.
Он, похоже, тоже был замечен, и госпожа полковник, действительно одетая в вечерний наряд, остановившись на средней площадке лестницы, раскланялась со своими друзьями и, оставшись в сопровождении одного лишь сопровождающего, стала спускаться, направляясь напрямую к парню и приветливо улыбаясь.
Когда она и, оказавшийся её сопровождающим генерал ОВКСФ, поравнялись со стоящим парнем, в ответ на поклон Вадима полковник обернулась к своему «кавалеру».
— Знакомьтесь, генерал… — она высвободила свою руку из под его руки. — Мой друг, господин О.