— Руководство, значит, вам поручило нас встретить… — опустил все приветствия полковник, — а почему в столь странном месте?
— Да, вообщем, я есть руководство. — ученый дернул ртом — Хотя если вы так его жаждете увидеть, такую возможность я вам предоставлю, в смысле примерно где тела лежат…
— Понятно, а вокруг вас значит тоже силовые экраны, «глушилки»?…
— Да, верно — Плескович жестом предложил им рассаживаться на свободных местах — А вы догадались…
— Да, верно… — так же ответил лейтенант–рейнджер — Сложно было бы…, у нас такая же система, по вашему кажется совету?
— Да, мы не схоласты, нет, каждые теоретические выкладки подтверждаются у нас практикой, эмпирикой, так сказать. И вот — очередная, тоже… Вам помогает? Очень рад.
— Нам, как только что прибывшим для прохождения службы — решил «помутить воду» полковник — Руководство базы предложило ознакомиться с ситуацией…
— Бросьте… — прервал его ученый — Тут сказки рассказывать больше некому, я вам сам могу рассказать, при желании… Я так понимаю, что вы это всё что нам прислали для решения наших проблем? Понятно, как всегда «высокие» чины долго думали, и когда уже случился большой «косяк», решили таки сходить в разведку…
— А вы что ожидали? — «умник» капитан с молчаливого согласия что–то обдумывающего командира, продолжил разговор — Вы что просили?
— Да мы лично ничего, но теперешний начальник базы, насколько мне известно требовал более существенной помощи — ученый помолчал и продолжил — Вы, я так понимаю, прибыли еще по первому запросу… Вот я и говорю, они там… — он указал пальцем в потолок — тугодумы.
— Ладно — полковник вышел из своих дум — Мы, давайте перейдём, наконец, к делу. Кого бы вы не ждали, прибыли лишь мы, поэтому мы ждём вразумительных объяснений…
Объяснений? — ученый вернулся обратно за стол и снова указал на кресла продолжавшим стоять гостям — Объяснений? Мне б кто объяснил… Ладно вру, пожалуй я смогу, по крайне мере, картину происшедшего изложить. Хотя признаюсь до сих пор не разобрался что померещилось, а что нет… Начала, корни, так сказать, лежат еще в событиях пятилетней давности, меня тут тогда не было, но основное их развитие я застал, так вот…
… Специализация по «проектированию систем защиты от излучений», оказалась не особенно востребованной, ввиду, вероятно, большого количества уже существующих. И выпускнику физико–технического факультета одного из филиалов Технологической Академии Федерации, податься было решительно некуда. Помыкавшись с пять лет, по различным коммерческим проектам, имевших основной целью вытрясти побольше денег из инвесторов, и потом тихо сгинуть, уже доктор наук, Роберт Плескович решил «завязать». Отчаянные поиски и обивания порогов привели его к должности сотрудника отдела «по разработке систем экранирования и защиты» Научно — исследовательского Центра им. Д. Белаху находившемуся в безумно далекой, от Земли и вообще от обитаемой части Галактики, системе Тоха.
Собственно отдел, как таковой только создавался. Центр был совсем молодой, десять лет. По меркам подобных заведений — младенцем и поэтому, с одной стороны брали туда чуть ли не всех подряд, с другой — это давало хорошие перспективы развития карьеры в будущем.
Плоскость эклиптики, чуть ли не «последней» в Галактике системы Тоха, была параллельна самой её спирали, находясь под её «серединой» на самом «низу чечевицы». И небо над планетой, ось которой лежала в плоскости эклиптики, то горело огромными, размерами с луны, звездами, то было пустынно и темно. Лишь, заглушаемые отсветами величественного центра Галактики, слабыми точками, мерцали, находившиеся в недосягаемой дали, звездные острова других галактик. Само солнце системы Тоха, красный карлик, не было даже видно на небе, планету грели миллиарды других солнц. И сила совокупной мощности их излучений, вкупе с безумным «солистом» Стрельцом А, делала бы невозможным не то чтобы существование жизни на планете. А и самой планете не дали бы образоваться звездные ветра, но из–за её удаленности можно сказать от Галактики вообще, она существовала. И даже какая–то жизнь давала о себе знать, в глубоких черных океанах и в древесном виде покрывая поверхность.
В самом начале её открытия, проведенное терраформирование не дало, ничуть больше чем появление в разреженной и метановой атмосфере планеты приемлемого количества кислорода. Земные и прочие растения приживались с трудом, и пока Земля думала, стоит ли тратить силы на заселение планеты, чей потенциал полезных ископаемых был сомнителен, Научный Центр рос.