– Это обогащённая кислородом сыворотка с кучей полезных веществ, – пояснила доктор, вкатывая капитану его порцию. – Лекарство быстро снимет внутренние отёки с лёгких и нормализует ваше кровяное давление.
– Спасибо, Док. Вы как всегда вовремя! – похвалил я девушку.
Грек же просто встал и поцеловал возлюбленную в губы. Пока они сжимали в объятьях друг друга, я решил заняться платформами с живыми людьми внутри, доставшимся нам с таким трудом…
Зуммер тревоги разорвал тишину, и механический голос возвестил об опасности: «Тревога, отслежен наводящий импульс! Опасность атаки! Экипажу срочно занять места на мостике!»
– Военный корабль! – вспомнил я. – Линн, вы сделали всё, что я говорил?
Она испуганно посмотрела на меня, но нашла в себе силы ответить чётко, хоть и не по военному уставу:
– Да. После того как подобрала вас, сразу дала компьютеру команду на разгон по указанным координатам.
– Щиты?
– Всё сделала.
Я изумлённо взглянул на эту прекрасную и наверняка сильно вымотанную женщину. Распрямился и, чётко выговаривая каждое слово, произнёс:
– От лица выпускника Высшей Имперской Военно-лётной академии выражаю вам высочайшую похвалу и изумление! Прошу позаботиться о выживших учёных с пострадавшего судна. Отныне вы всегда можете рассчитывать на меня!
Линн зарделась и смущённо уткнулась в стальную грудь приятеля. Тот лишь выгнул бровь, возможно, я малость перегнул, но ничего. Всем нам нужны положительные эмоции, ребята. Одно удовольствие сотрудничать с такими профессионалами и отличными друзьями, как вы. Примерно так думал я, спеша на командный мостик.
Скоро я вновь сидел в кресле первого пилота. Противник догонял. По виду полученной со сканера голограммы довольно странная модификация боевого крейсера с надстройкой под оружейной палубой. Данный тип судна напоминал гигантскую рыбину с большой и очень уродливой головой.
Надо сказать, надстройка меня очень тревожила. Если это те, кто наделал дырок в «Сайгнатау», то её назначение становилось ясным. Орудие ужасающей мощи, от которого, если верить россказням капитана, не спасает и мощное силовое поле.
Поначалу мы получили небольшое преимущество, сразу оторвавшись от преследователей на значительное расстояние, но сейчас оно постепенно сокращалось. Слабые сомнения в том, что преследователь всё же может принадлежать императорскому флоту, отпали сразу после того, как те не ответили на стандартные общепринятые военные коды.
– Идем на световой. Это, конечно, хорошо, но все равно встряли мы знатно. – выдохнул Костров, опустившись в соседнее кресло. Он тоже внимательно разглядывал данные с главной консоли, и нравились они капитану всё меньше.
– Какой у нас план? А он у тебя точно есть. Так что в молчанку можешь не играть, иначе зачем вся эта чехарда?!
– План есть, – потёр я расстроенно свою переносицу. – И похоже, он медленно накрывается медным тазом.
– В чём он хоть состоит? – спросил Грек спокойно.
Мы столько раз уже умирали за последние сорок восемь часов, что у меня и у него опасность уже не вызывала тошнотворного присутствия страха, скорее так: лёгкое волнение и раздражение. Впрочем, у Кострова оно должно было вообще атрофироваться, он же бывший десантник. Приятель протянул мне боевую пилюлю, памятный презент из «Колизея». Я взял её и, сунув в рот, проглотил. На языке остался кисловато-сладкий привкус.
– Сектор сто сорок три тысячи пятьсот шестнадцать от нашего местоположения не очень далеко. Границу разделяет плотное астероидное поле, хочу на скорости войти поглубже и затаиться.
– Думаешь справишься? Это всё же не истребитель, а грузовое судно – манёвренность у него, как у бревна.
Ничего. Справлюсь. Чуть замедлимся, и пройдём. Встряхнёт, конечно, но будем надеяться, защитное поле выдержит мелкий град. От особо массивных обломков можно и увернуться. Главное найти астероид покрупнее, желательно с высоким содержанием металла. Попробуем спрятаться и переждать.
– Да, – ответил я. – Нам главное починиться, дроны закончат сварку, и уйдём в гипер. Там уже нас не достанут.
– А если они воспользуются гиперкатапультой, как в прошлый раз?
Серж старается проработать все варианты, тут у меня тоже есть аргумент.
– Ничего страшного, чтобы выудить корабль из подпространства, им понадобится знать наши перемещаемые координаты, в этот раз у них нет маячка. Случайное попадание катапульты, вероятность один к десяти тысячам.
– Ладно, хорошо. А что насчёт прыжка в гипер посреди астероидного поля. Вероятность гибели серьёзно выше единицы – любой осколок между вратами и нашим кораблём – стопроцентная смерть.