При отсутствии иных приказов мы начнём подготовку к диверсии с тем, чтобы обеспечить дополнительным временем наши военные силы и институты поддержки. Необходимо срочно найти подобающее решение в сложившейся ситуации.
Глава отдела разведки Ричард Тосено.
Глава III
Арена
Ни к чему в жизни нельзя относиться слишком серьёзно, пока дело не касается смертельно опасных ситуаций.
Неизвестный сектор. Неизвестная планета
Широкие ворота, встроенные в скалу, распахнулись, предоставляя взору громадный черный провал. Через секунду туда шагнул старик, и его согбенная фигура словно растворилась в первородной тьме. Скоро в глубине что-то гулко ухнуло, заскрежетало, и дорожки ярких лучей пробежали внутри. Сверкнув раз-другой, осветительные панели дали устойчивый ровный мертвенно-бледный свет. Пространство осветилось. Это был громадный военный ангар, вырубленный в скале. Он скрывался под мощной толщей скал, наверно, ещё со времён войн за независимость. Часть осветительных приборов не работала, поэтому некоторые участки так и остались погружёнными в темноту. Но и то, что открывалось взору, уже поражало своим масштабом. Вдалеке виднелись опоры выдвижных стартовых площадок, они уходили ввысь и терялись за пределами освещения. В силу этого оценить внутреннюю высоту помещения не было никакой возможности. Можно лишь было предположить, что она была весьма существенной. Основная часть внутренней территории использовалась пиратами под складские нужды. В ангаре возвышались целые горы из старых армейских контейнеров и ящиков. Места, которые не заполонили контейнеры, занимали расставленные через равные промежутки мощные металлические стеллажи. К сожалению, содержимое их полок оставалось тайной – стеллажи были полностью покрыты зеленоватыми слегка, потёртыми и местами латанными тентами. Сходство с армейским складом данному ангару придавал царивший везде идеальный порядок.
Во время плена на борту пиратского корабля меня и приятеля – бывшего хозяина погибшего каравана Грека держали в той самой камере, на пороге которой разыгралась памятная и кратковременная схватка. Когда нас окровавленных и почти в беспамятстве бросили назад в неё, я сожалел лишь об одном: что не смог дотянуться и нанести действительно верный удар по голове своего бывшего друга. Потом был провал.
В забытьи было плохо, меня лихорадило, постоянно перед глазами стоял образ погибающей Елены. Я что-то говорил, возможно, кричал. Уже после того как в окружении охраны над нашими ушибами и ссадинами поработал пиратский коновал, стало лучше. Он что-то вколол, и мой разум погас, включившись лишь через сутки. О том, сколько именно прошло времени, меня проинформировал Серж, который пришёл в чувство ранее. Мой приятель по несчастью пострадал в драке не так сильно и пришёл в норму намного быстрее. Когда я разлепил отёкшие веки, нас окружала темнота. Так и проделали весь путь.
Постоянно сидя внутри железной клетки, мы не знали, в каком из многочисленных направлений движется флагман пиратов. Темнота и далёкий гул двигателей. Еды как таковой не было. Вместо этого нам давали три раза в день по паре пищевых безотходных таблеток через откидную щель в двери вместе со стаканом воды. Марат больше не появлялся, охрана не реагировала ни на наши просьбы, ни на выкрики. До самой высадки никто из пиратов так и не заговорил с нами. Спали на откидных от стены кушетках. Сны были беспокойные и полные отчаяния.
Примерно через неделю, точнее установить нам, вымотанным длительным бездействием, не удалось, корабль прибыл в пункт назначения. Это стало ясно по чуть изменившемуся гулу и вибрации двигателей, которые очень хорошо ощущались в камере. Судя по тому, как увеличивался и спадал вектор гравитации, то давая перегрузку в полтора раза выше нормы, то возвращаясь к исходным значениям – флагман вышел из гиперпространства и, тормозя двигателями, устроился на орбиту какой-то планеты.