– Вот как, да? Ясненько. – Разговаривать дальше с железякой не стал. Они что, действительно думают, что я буду носить на своей руке чёрный ящик, подчиняющийся непонятно кому и сливающий конфиденциальную информацию на сторону?
– Феникс! Отсоединяй браслет, будем его дорабатывать.
Скафандр тут же выдавил чёрное кольцо искусственного разума (ИскРа), а я стащил его с руки, будто это ядовитая змея. Ничего, сейчас мы из неё яд-то выдавим! Мощный односторонний щит обернул повисший в воздухе браслет, отчего голограмма сильно поблекла и обесцветилась. Выглядело так, будто его окружила тёмно-серая полупрозрачная сфера. Девушка попыталась что-то сказать, но звуковые волны щит не пропустил, да и неинтересно мне было это слушать.
Сосредоточившись, я нашёл в пси-восприятии кристалл петрита и ввёл внутрь него щуп, нисколько не заботясь, через какие схемы он пройдёт и что при этом повредит. Мне нужен был кристалл? Вот его я и получу! Собственную безопасность я ставил куда выше сомнительной чести обладания собственным ИскРом. Разве что работу множества пси-мастеров было жаль. Только введя щуп внутрь кристалла, я понял, какую титаническую работу кто-то провёл. Тысячи и тысячи сложнейших пси-структур. Сотня пси-мастеров должна была работать не один месяц для получения подобного результата. И так действительно было. Довольно легко можно было проследить крошечные, но заметные умелому взгляду штришки, выдающие, что структуры изготавливали разные люди, работавшие параллельно или последовательно. Боюсь представить, во сколько обошлись эти работы. Не говоря уже о том, сколько времени пришлось потратить, чтобы заставить после этого все структуры работать совместно. На притирку могло уйти несколько лет работы специалиста классом выше моего.
Но по идее, то, что я сейчас собираюсь сделать, не приведёт к уничтожению этой работы. Во всяком случае, раньше это происходило только в случае допущенной ошибки. Это была даже не пси-технология, а нечто сродни магии. Первые специалисты, работавшие с пси-кристаллами, обнаружили, что если при работе с ними вкладывать душу, то структура кристаллов изменяется, подстраиваясь под мастера, после чего в руках других людей они не работают или работают плохо. Так был создан ритуал привязки пси-кристаллов. Научное объяснение следующее: мозг псиона имеет два режима работы – обычный электрохимический и форсированный квантовый. В первом случае всё понятно – он давно изучен физиологами. Второй куда интереснее. Только представьте, что каждый нейрон в голове человека становится одним или несколькими квантовыми битами, завязанными друг на друга и работающими совместно. Представили? Именно это лежит в основе работы с Пси. К сожалению, не всякая задача может быть переведена на язык Пси. Иначе бы суперкомпьютеры и ИскРы просто не понадобились бы. Но привязка – одна таких задач. Изучая пси-кристалл, псион закладывает себе в голову некую базовую матрицу, а желание сделать его только своим, частичкой себя, становится спусковым крючком запуска квантового суперкомпьютера.
Результат привязки удивителен! Пси-кристалл, функционирующий с учётом интересов человека! На практике это означает то, что он физически не может нанести привязанному человеку повреждение или иной вред – прямо или косвенно. Выйти из строя – может, особенно для спасения жизни пилота, а подать в кабину опасный уровень Пси – ни в коем случае. Именно по этой причине все кристаллы в моём судне – привязанные. Другие же пилоты вынуждены довольствоваться персональными комплектами, потому что привязка оборудования корабля к какому-то конкретному пилоту означает, что для других пилотов он станет совершенно бесполезен. Без меня «Лазурит» превратится в бесполезный кусок металла, годный лишь на вторсырьё. И сейчас я начал производить эту же операцию с кристаллом петрита.
Основная сложность заключалась не в самой привязке, а в том, чтобы структуры, в него заложенные, не утратили своего функционала. В идеале – стали бы работать лучше. Для квантового суперкомпьютера работа подобной сложности не являлась чем-то запредельным, но поставить-то перед ним задачу приходилось разумом, работающим в обычном режиме. Впрочем, обычный режим для псиона и для не псиона – это две большие разницы. Недаром же у нас так эффективно работает интуиция, а прокладывать курс космического корабля мы способны лучше, чем любой компьютер.
Бонусом шло то, что после привязки структура пси-кристалла будто отпечатывалась в моей голове – вплоть до отдельных атомов и структур. В будущем это позволяло корректировать его работу и добавлять новые структуры и функции. Понятно, удержать в сознании такое титаническое количество информации невозможно, но этого и не требуется. Псион может в любой момент вызвать её из глубин памяти. Впрочем, некоторые считают, что между Псионом и кристаллом образуется особая связь, поэтому память тут ни при чём – он просто может в любой момент просканировать кристалл, какое бы расстояние их ни разделяло. Даже связь на этом принципе в своё время пытались реализовать.