– Свои! – заявила Катерина.
– Да какие он, нахрен, свои? – удивился пёс. – Ты ещё скажи, что замуж за него собралась! Лучше давай я его сразу кокну. И никакой мороки. А то, он же щас жрать запросит. А мне самому мало! Ну, сожрал я крысу. И что? Мою личную телячью вырезку этому, что ли теперь скормить? Щазз! Слушай, давай я его всё же кокну. А вырезку я и сам слопаю за милую душу… Я же её чую!
– Свои! – подтвердила распоряжение кирия.
Пес нехотя согласился, подошел ко мне, задрал лапу и брызнул на запылённые кроссовки пару капель, зачислив тем самым в штат. Сволочёнок. Как угол пометил.
– Ладно, живи пока – тонко намекнул он мне. Да, смотри не борзей тут, а то я и передумать могу. Мало не покажется!
И умчался за дом. За домом хлюпнуло и плеснуло водой. Купаться побежал!
Я спросил кивнув вслед своему потенциальному убийце -
– Монморанси, это из Джерома Клапки Джерома?
– Да. Извините, господин Рю-джей-ник-оф. Он такой невоспитанный, такой агрессивный. Просто удивительно, как это он вас сразу в покое оставил. Костаса он, например, уже три года, с тех пор как повзрослел, в напряжении держит. А ведь тот друг дома, и часто бывал у нас в гостях.
Она открыла багажник. Я подхватил вещички. Кирия Катерина, сделав приглашающий жест направилась к дому.
– Пойдемте господин Рю-джейник-офф! Я покажу вам комнату. Или может быть просто – Виталос?
– Да, кирия Катерина.
– Тогда просто – Катерина. Без – кирия. Вы такой обходительный, Виталос. Такой начитанный. Такая редкость в наше время! Вы сами будете летать на самолёте, или наймёте пилота?
Мама, я лётчика люблю! Мама я за лётчика пойду! Ой, мама! Да что ж это она, так меня облизывает? Неужели боится, что передумаю и откажусь от сделки? Да ну, чушь! А где ж тогда собака-то зарылась? Не может такая женщина на меня глаз положить. Ис-клю-че-но! Этого не может быть потому, что не может быть ни-ког-да! И не хрен мне мозги пудрить! Ладно, сочтёмся ужо. Но! Марку-то держать надо. Сделал левую ручку кренделем.
– Катерина? Прошу!
– О! Благодарю вас! Вы, вероятно офицер?
– Бывший.
– Бывших офицеров не бывает. Как не бывает бывших львов.
На правом плече рюкзак и ноут, в правой – чумодан по траве елозит на колёсиках. В левой – Катерина. Мул я. Не человек. Но кавалер! Этого не отнять. Десять метров – не верста, продержимся.
Катя на пультике кнопку надавила, в двери пискнуло и прошли мы в холл. Дама впереди, как положено, вдруг там под половичком ямку выкопали? Полумрак, прохлада. Я чеймодан на пол уронил мимоходом, и рюкзак рядышком привалил. Катюшу это чем-то огорчило, Катюша извиняться принялась:
– Простите, Виталос, однако я уволила прислугу неделю назад. Вам придётся нести багаж самому.
– Ничего страшного – ответил я даме улыбкой. Потом заберу.
Просто хочу осмотреться. У вас красивый дом! Уверен – это следствие вашего дизайнерского таланта! Удивительно тонкий вкус, и чувство меры помноженное на чувство прекрасного. Ах, не смущайтесь! Право, вам есть чем гордиться! Морёный дуб. Классический стиль. Великолепно!
Я те покажу, начитанного да обходительного! Интересно, хватило ей, или ещё добавить? Машу каслом…
– Боже, какой чудесный портрет. Восемнадцатый век? Ваш предок? Я не ошибаюсь? Вы удивительно похожи. Овал лица, разлёт бровей. Гордая осанка. Гордый взгляд. Чувствуется порода. Перепутать не возможно.
Есть контакт! Прониклась. Грудь заволновалась, и дыхание сбилось. Я такую пургу могу неделями нести. С перерывами на ужин и сон. Надо будет – добавим. Вот такой я неискренний и цыничный подлец. А то, ишь чего удумала. Комплименты мне делать. Я же и поверить могу, чего доброго. И проснуться бритым. Не выйдет. Не на таковского напала, хыщница.
– Идите за мной – улыбнулась Катя переварив наконец порцию лести. И на лестницу пошла. Ну вот, опять. Опять она впереди и всё что у неё позади у меня перед глазами раздваивается. Садизм какой-то! Так, ноут с плеча долой, используем как прикрытие. Не надо ей видеть, как меня легко из равновесия можно вывести. Никчему ей такое знание. Многия знания – многия печали. Обойдётеся, кирия Катерина. Уфф! Вот и мой апартамент. А, правда, неплохой вкус у тёти Кати. Солидно, удобно и без излишеств. Гостиная, кабинет, спальня, ванная, удобства отдельно. Необходимо и достаточно.
– Вам нравится, Виталос?
А что ж голос-то такой, будто её действительно волнует моё мнение? Ну, сказала бы из вежливости. А ей вроде и вправду интересно, нравится ли мне. Ну, нравится, чё те ещё-то, кроме денег от меня надо? Убить кого и в море утопить? Тонну героина из-за моря привезти? Аленький цветочек подогнать? В реку прыгнуть и голыми руками золотую рыбку поймать и в ручки подать? Ох, Катя, Катя. Будь ты попроще, и к тебе могут потянутся люди. Я, в частности. А то, как по минному полю с тобой.
– Разумеется, да! Но иного и ожидать невозможно!
Стоим близко, почти касаясь, и улыбаемся друг другу. И я с испугом осознаю – тянет меня к ней! Сильно. И между головным и спинным мозгами нешуточный конфликт разгорается. Спинной тупо хочет обладать и размножаться, а головному – подозрительно как-то всё это. Мысленным пинком под зад отправляю спинной мозг в дупу. Однако, надо разруливать ситуацию. Беру её ладонь в свою. Приподнимаю к губам, касаюсь пальчиков, глядя в глаза. Вздрагивает. Зрачки расширяются. Появляется налёт лёгкой паники и растерянности. Потом она несмело делает шаг назад, пытаясь отнять руку. Но совсем несмело, и ладонь остаётся в моём распоряжении.
– Разве в вашем личном мире хоть что-то может быть не совершенным?
– Виталос, вы неподражаемы! Однако, я оставлю вас на некоторое время. Не желаете съездить со мной, поужинать? Я знаю чудесный ресторанчик на набережной. Там очень тихо и уютно. Туристы там вечером – редкость. Я очень часто бываю там. Поедете со мной?
Отпускаю, наконец, её руку и утвердительно киваю.
– Вы очень любезны Катерина, и я с удовольствием воспользуюсь вашим предложением. Кстати, я не ел уже почти сутки и очень голоден.
– Бедный мой! Тогда через полчаса спускайтесь в холл. Я буду готова.
Думай, голова, думай! Я тебе ещё одну шапку куплю. В конце концов, вряд ли она в состоянии сделать мне предложение, которое мне не понравится и от которого я не смогу отказаться. Ну, допустим, предпримет она что-то такое. Эдакое. Так на меня где сядешь – там и слезешь. И пройдёт кирия Катерина сексуально-пешеходным маршрутом. А было бы жаль. Лучше бы ей не делать таких предложений. Тааак штааа, будем унимательны и галантны. А по ходу пьесы всё встанет в свои места.
Теперь кое-что давно назревшее, потом быстро в душ, сменить покрышки, немного одэколончику для приятного аромату. Готов.
Теперь важное. И где тут сеть? А вот за шторой сетевая розетка. Ноут на стол, шнурок в гнездо, есть сеть. Завёл "Яндекс-почту" и подготовленное ещё дома, письмецо отправил, только название города вписал:
"Уважаемый господин…бла-бла-бла… Для практического обучения пилотированию самолёта Cessna-208, в соответствие с предварительной договорённостью, прошу направить пилота-инструктора, владеющего русским языком в город Салоники… Мой номер телефона… Плата за обучение в размере 6000 евро перечислена мною на указанный вами счёт. Расходы по проезду к месту обучения и обратно, и проживанию летчика-инструктора оплачивает принимающая сторона". Готово письмо. На мыло его. В город Эссен. Германия.
Блиин! Как жрать-то хочется. Бегом вниз.
Катерина тоже, если можно так сказать, переоделась. Колор прежний. Как и у меня. Низ прежний. Верх стал откровеннее, блузка без рукавов, и с немалым декольте. Комаров тут на них нету. Шляпа с широкими обвисшими полями и неизменным клочком вуали. Ох и Катя, хороша, пропадет моя душа. Беру её смело за руку и веду к авто на посадку. Усаживаю деликатно за руль с отворением дверцы и прочими ужимками. Пытаюсь сесть сам. Облом. Место рядом с водителем занято наглым фоксом. Стоит на задних, уперевшись передними в панель и уступать место гостю не собирается. И чё делать? Нет, надо бандюгана на место сразу ставить, а то решит, что он главнее и в шестёрки определит. Задних сидений нет. Хочешь на переднем? Да без проблем. Подцепляю его за задницу, сажусь на сиденье сам и опускаю пса себе на колени. Всё быстро, спокойно, решительно, как так и надо. От такой бесцеремонности псина фигеет и теряется. Вроде и не согнал с законного места, а вроде его как бы и поимели. Делает вид, что иного он и не ожидал и устраивается поудобнее на коленях. Не хочет конфликт раздувать или рассчитывает отыграться? Ну-ну. Попробуй. Ты меня в стаю принял, а кто тут главнее разберёмся ещё. Не сумлевайся!