— Еще пара миров, но там наоборот, — сверхразвитые планеты, и нас скорее всего сразу уничтожат.
— Значит альтернативы нет. Тогда чего переживать?
— Поживем увидим? — улыбнулась с дисплея Мурка.
— Ага. Типа того. — Ответил наевшийся Жека.
Глава 11
На орбиту выходили над территорией контролируемой киборгами, поэтому шаттл без особых проблем вышел в космос, сразу взяв курс на ближайшего прыгуна.
В полете особо не общались, — так, перебрасывались изредка парой фраз, — занятые своими мыслями.
Странный мир, странная война, — это давило на психику людей, даже с поправкой на их теперешнюю искусственность, в которую, по большому счету, никто не верил. Да и как тут было поверить в такое? Вот к вам придет завтра человек и скажет — Привет бро, ты в курсе что ты не настоящий? Ты чья-то хреновая копия! Вот тебе автомат, беги стреляй, иначе всему миру крышка.
Как вы отнесетесь к такому заявлению?
Но здесь попаданцы видели своими глазами чужой мир, могли руками пощупать грозные боевые машины, более того, — они ходили на них в бой, ввязавшись в такую же, как и все что их окружало, чужую войну..
Жека наелся, однако удовлетворения от еды не испытал, ведь согласитесь, поглощая безвкусные брикеты достаточно сложно испытать какие-то чувства кроме насыщения. Но, так или иначе, он заел сомнения, уверившись в правильности своего выбора.
Приблизившись на достаточное расстояние для обмена данными, искину корабля пришел запрос на опознание, и Мурка так напряглась, подбирая правильный ответ, что даже перестала отвечать на вопросы экипажа. Но иначе и быть не могло, прыгун был отлично вооружен, и мог на равных посоперничать с парой крейсеров, а то и с линкором. Представлять что будет, если его искин усомнится в том, что они именно те, за кого себя выдают, никому не хотелось. Наверное поэтому все, кто сидел сейчас в кабинах боевых машин, истово молились.
Наконец, благодаря мольбам пилотов и мастерству Мурки, им было предложено занять место в одном из стыковочных модулей.
— Ну как? — В который раз спрашивал Жека.
— Подожди. Как что-то изменится я скажу.
Получив доступ к прыгуну, — кораблю матке, предназначенному для перемещения мелких судов в гиперпространстве, — дальше разрешения на стыковку дело не пошло, и Мурка всеми силами пыталась спасти положение.
А Жека, зная что на кону стоит сам факт их хрупкого существования, беспрестанно интересовался ходом процесса.
Им повезло, что прыгун только начал грузиться шаттлами, и кроме корабля с беглецами, к нему был пристыкован всего один транспорт, немного большего размера чем их собственный, он выглядел посолиднее и поновее, матово поблескивая в солнечных лучах бронированными боками.
Прошел уже не один час томительного ожидания, когда наконец динамики Мурены ожили:
— Есть! Получилось! — Мурка ликовала. — Активирован процесс подготовки к старту.
— По нашим координатам? — Уточнил Жека.
— А по каким же? — Недоумевая отозвался искин. — Предупреди народ, — через пятнадцать минут уходим в гипер.
Жека не откладывая донес до общественности столь радостную новость, посоветовав заранее подготовиться.
— Пардон... А как это, — «подготовиться»? — Уточнил въедливый Афрагон.
— А черт его знает... Еда... Теплые вещи...
— Ну ты скажешь! — возмутилась Даша. — тебя как человека спрашивают!
— С тобой я вообще не разговариваю... И потом, я что, каждый день через гиперпространство летаю? Я два часа пытался понять что это такое вообще, но так и не смог! Поэтому Я НЕЗНАЮ НИ ФИГА! — взорвался Жека, Дарья, после того как чуть не подставила всю команду, вызывала в нем приступ бешенства. — И вообще... отвалите... — Закончил он свое эпичное выступление.
На канале замолчали, зная что достаточно импульсивный товарищ быстро закипает, но так же быстро и остывает, сожалея впоследствии о своём поведении.
Момент погружения в неведомое гиперпространство никто не почувствовал, разве что чуть мигнули лампы аварийного освещения ангара, чтобы тут же снова вспыхнуть ровным светом, говорящим о том, что процесс перехода прошёл успешно, и теперь оставалось только ждать.
Расписывать, о времяпрепровождении команды в течении недели перелета, наверное не будем, — как и в любом человеческом обществе, где люди оказываются замкнутыми в четырех стенах — общались, ругались, мирились... В перерывах спали, ели, читали, учились. Вот так однообразно и прошли семь дней полета, и теперь, перед всплытием в нужной им системе, все сидели закупорившись в своих боевых машинах, с тревогой ожидая рева тревожной сирены.