В свете фонаря вскользь осмотрелась среди бесконечных труб, шлангов и вентилей. Когда подошла к ограждению, взглянула в темноту нижних ярусов за перилами, не увидев там дна. Побежали мурашки по коже.
Спустилась на ярус ниже. Посветила на дизель-генератор, насосы, за ними рассмотрев что-то похожее на котел. У меня не было времени на тщательные поиски. Бегло осмотревшись, спустилась еще на ярус ниже. Мне привидилась тень, имеющая схожесть с человеком, сердце дрогнуло, я резко навела фонарик к ржавым трубам, но там ничего не было.
Значит, не Темные. Эти тени так просто бы не отстали, а были бы мертвецы — подавно. Должно быть действительно привиделось…
Но спокойней мне не стало. Не осматривая этот ярус, я поднялась наверх, вернувшись к лестнице с красными ступенями, когда внизу вдруг что-то зашумело. Я остановилась. Обернулась. Мне следовало бы убегать без оглядки, но любопытство победило во мне благоразумие, и я подступила к ограждению, осмелившись посмотреть в безду нижних ярусов.
Теперь было видно дно — там горела лампа; и где-то за пределами видимости шумело оборудование. И это при том, что корабль уже как восемь лет мертв!
Я вынеслась из машинного отделения в коридор, плотно захлопнув за собой железную дверь, обклеенную предупреждающими знаками. Только на мгновение взглянув на тусклый свет оживших ламп узкого длинного коридора, понеслась к лестнице на верхние палубы.
Палуба «В».
Палуба «С».
Палуба «D». Стаса не было.
Тяжело дыша, взглянула на часы. По-хорошему, Стас должен был быть уже на месте. Прислонившись к стене, тревожно посматривала по сторонам. Так прошла минута, за ней другая… Обеспокоенная вышла к лестнице. Прислушалась. Не было ни шагов или других свидетельств, чтобы кто-то по ней спускался или поднимался.
— Стас! — прокричала я в тишине.
Но ответа не было. Позвать снова не решилась, рассудив, что в существующих обстоятельствах вреда от этого могло быть больше, чем пользы.
Опять посмотрела на часы.
Позабыть о времени Стас не мог. Стало быть, что-то случилось?
Время перевалило за пять и за бортом все стало совсем серым. Дождь продолжал поливать. Дорожка к кораблю скоро уйдет под воду. Надо было уходить, тем более после того, что я видела в машинном отделении, но не без Стаса. Так что в одной руке держа фонарь, а в другой снятый с предохранителя пистолет я стала подниматься на палубу «Е». Выше палубы «Е» был только капитанский мостик.
— Стас? — опять позвала я, медленно и осторожно ступив в узкий коридор с каютами.
В ответ тишина.
Толкнув дверь слева, заглянула в первую каюту — на столе работал телевизор с помехами на экране. По старинке широкий и тяжелый телевизор работал! Отступив, заглянула в следующую дверь…
— Стас, где ты? — протянула я, чувствуя, как холодела кровь в жилах.
Вернулась к лестнице и поднялась на капитанский мостик. Оцепенела. На мостике с большими панорамными окнами горел свет и в рабочем состоянии находились все приборы.
Убрав фонарик в куртку, с пистолетом в руке, я медленно и недоверчиво обошла навигационную панель, приблизившись к штурманскому столу: на экранах горели электронные карты, а из кружки на столе поднимался прозрачный дымок только что сваренного кофе.
Бумаги, ручки и карандаши. Записки на стикерах над экраном… Выглядело так, будто за этим столом только что кто-то работал.
Подошла к приборной панели с телефонами, рацией рядом с рулевым колесом, посмотрев на то, как в панораме окон горели навигационные огни судна.
Без людей, зло, существующее на корабле уходило в спячку, поэтому я ничего не почувствовала ни с берега, ни в первые минуты на борту. Теперь, когда мы здесь, голодный корабль просыпался, и если мы со Стасом в скором времени не выберемся, он нас поглотит.
Ощутив вдруг возникшую тягу увидеть берег, обратила взгляд к панораме окон слева. Вдоль берега и по почти ушедшей под воду тропе растянулось несколько десятков Темных. Они знают, что на корабле есть живые люди, но что-то существующее на судне их не пускало.
Сердце забилось чаще.
Я нашла судовую связь с громкоговорителем. Нашла, но воспользоваться ею не сумела. Сперва были сильные помехи без выхода в эфир, а потом наступила тишина, как если бы «вырубили из розетки». После нескольких неудачных попыток что-то поправить от идеи пришлось отказаться.
Из капитанского мостика стремительно спускалась вниз по лестнице, шарахнулась, когда на палубе «Е» наткнулась на усохшего и неподвижного на полу мертвеца. Дальше по коридору лежал еще один такой же.
Здесь не было мертвецов!