В ту каюту мы со Стасом вошли вместе. Я сразу пошла к тумбе под иллюминатором, а мужчина проверил ванную комнату и плотно закрыл дверь.
— Это здесь, — сказала я, вынув ящики тумбы. Каждый перевернула вверх дном, но было пусто.
— Посторонись-ка, — Стас дернул тумбу от стены.
Пока я осматривала заднюю стенку тумбы, луч его фонаря скользнул в пол. Присев, Стас протянул ладонь в крупную щель меж стеной и полом, вынув оттуда обложку под документ. Когда раскрыл обложку, уголок рта на широкоскулом лице взметнулся высоко вверх, и Стас продемонстрировал мне пластиковую карту с крупной надписью: «Пропуск № 3. Первый уровень доступа».
— Нашли, — выдохнула.
Мы вынеслись из каюты и промчались по палубе «D» к лестнице. Быстро спускались по ступеням.
Палуба «С».
Палуба «В».
На палубе «А» Стас толкнул тяжелую железную дверь, шагнув в шторм главной палубы. Едва я ощутила холодный мокрый порыв ветра, как вокруг моей щиколотки внезапно затянулась гнилая канатная веревка. Меня свалило с ног и потащило по зловещему коридору.
— Стас! — проорала я, пальцами цепляясь за все подряд.
Тот успел схватить меня за локоть уже на пороге машинного отделения приняв участь вместе со мной быть утащенным в глубину красных ступеней. После двух лестничных пролетов мы вывалились на железный пол, и, прежде чем веревка снова натянулась, Стас оборвал ее выстрелом из пистолета. Ворсистый хвост уполз в темноту лестницы, к нижним ярусам, откуда доносился жуткий рев. Судорожно сняв с лодыжки петлю, с тяжелым дыханием я вскочила на ноги.
Фонарь потерян. Не работал правый наруч.
Настороженно прислушиваясь, мы со Стасом приблизились к ограждению, двумя ярусами ниже увидав целое стадо обезображенных мертвых, и резко бросились наутек.
С обломками металлических труб, с ножами вместо пальцев и тяжелыми молотками вместо кулаков, мертвые вслед за нами вырвались в промозглый холод главной палубы, опрокидывая и топча другу друга.
Мы открыли по ним огонь.
Дождь стоял стеной.
Грохотал автомат Стаса. Я отстреливалась пистолетом. Череда выстрелов и вдруг щелчок — не просвистела пуля… Молниеносно сменив магазин, воспроизвела еще два выстрела мертвому в шею и лицо.
Между тем, дистанция с мертвыми быстро сокращалась. Железо как броня на теле мертвецов.
— Отступаю! — не выдержав, предупредила я Стаса и с гулким стуком подошв о ржавое покрытие корабля, без оглядки понеслась к корме грузового судна. Но корма далеко, а мертвые быстры. Тогда я обежала люк в трюм, по стойке взобралась наверх и, тяжело дыша, упала на спину. Слышно было как мимо пронеслись мертвецы. Они рыскали, принюхивались, но из-за дождя не чуяли и не слышали ничего.
Расслышав возню, метнула взгляд. Сперва показались ладони, затем голова; Стас подтянулся, перевалившись на платформу.
— Это Гиблое имеет другую форму и оно развивается, — сказала я. — Потому у этих тварей железо в голове, чтобы убить было не просто. Думаю…
— Тихо, — оборвал Стас.
Раздался скрежет со стороны лестницы, на платформу взобрался монстр.
— Дайте хоть вздохнуть, — жалобно протянула.
— К корме, быстро! — Стас ударил по твари автоматной очередью.
Я неудачно спрыгнула, на мокрой палубе рухнув на локти. Обернулась. Широко распахнув гнилую пасть, на меня несся мертвец. Я выпустила в него несколько пуль. Спрыгнувший с платформы Стас, поднял меня за локоть.
Я бежала, на ходу перезаряжая пистолет.
Хороший темп держала не дольше минуты, а потом заметно начала сдавать. Досадное неудобство уставать присуще живым, но не мертвым — твари догоняли, нужно было срочно что-то решать. Доверившись своим чувствам, я резко свернула к левому борту, перебралась через ограждение, в звуках шторма проорав Стасу:
— Здесь есть глубина!
Вот о чем говорил Гаврила: Проводники чувствуют выход, когда совсем прижмет.
Даже если Стасу было что возразить, времени на дискуссию не было. Не было времени на страх. Когда мертвые врезались в фальшборт, я оттолкнулась, полетев вниз, навстречу синей бездне.
Останусь ли я живой или буду мертва? От меня теперь немногое зависело.
В относительно теплый сентябрь вода в море была холодной, в меня будто одновременно вонзились сотни острейших игл. Эти незабываемые ощущения не позволили мне расстаться с сознанием, и судорожно заработав руками и ногами, я выплыла на поверхность.
Капли дождя зашлепали по лицу. Покачиваясь на волнах, я откашливалась от воды. А тем временем, отяжеленные кусками железа мертвые, вслед за мной перемахнувшие за борт, уходили под воду. Но не все. Один вполне себе уверенно греб в мою сторону. Я заработала руками изо всех сил, торопясь к каменистой насыпи в воде.