— Согласен.
— Правда?
— Половина лучше, чем ничего. Твой стимул — залог успеха! Тем более я всерьез расчитываю дружить с тобой, а не сражаться.
— Потому что я Пилот?
— Потому что ты мне нравишься. А прочее — приятный бонус.
Глава 8
В небе сияла полная луна, когда я возникла в наспех разбитом лагере на берегу реки в окружении хвойных деревьев. Стас возился с оружием, а вымотанный Гаврила, сидя на поваленном бревне, молча смотрел в костер.
Прислушавшись к чувствам, я узнала, что они искали меня весь день, а сейчас устроили привал на ночь. Однако этот день был потрачен зря, потому что они держались совсем не того маршрута.
— Где же ты раньше была? — тихо проговорил Стас, когда надствольный фонарь его автомата легонько замерцал, и я оттянула руку.
«Чего говоришь?» — через плечо бросил ему Гаврила.
Стас ему не ответил, глядя сквозь меня. Я склонилась к нему, шепнув у самого уха: «Возвращайся».
— Возвращаемся! — решительно сказал Стас, поднявшись на ноги.
— Чего? — растерялся Гаврила, тоже вскочив с бревна.
— Не там ее ищем.
— Откуда знаешь?
— Она сказала, — распахнув двери джипа, ответил Стас.
— Но… Ладно, понял. — Гаврила положил ладонь Стасу на плечо и заглянул в глаза. — То, что с ней нормально все — это хорошо. Знаем где искать — так вообще отлично! Но срываться в дорогу сейчас не время. Ой, не время. Ты никакой. Я никакой. Поспать хоть несколько часов… Нет, постой! — Здоровой ручищей он схватил Стаса поверх локтя, заявив твердо: — В дороге на бандитов, да на мертвых нарвемся. Лабораторные, гады, всяко где-то ходят… Так что завтра, друг. Только завтра. До рассвета отоспаться надо.
Тишина затянулась. А потом Стас молча кивнул в ответ и Гаврила отпустил его руку.
Удовлетворившись результатом, я отступила, в следующий миг оказавшись не в комнате на «Буране», а в распадке голых пологих гор. В том месте, где когда-то проходила река, осталось сухое каменистое русло.
Не ощутив причины, по которой появилась здесь, зато испытала любопытство — ведомая им, при желтом рассвете раннего утра прошлась по распадку, рассматривая тихие места. Под ногами давно высохла вода и в небе не летали птицы, и все здесь казалось мертвым, но… Я остановилась и прислушалась к ощущениям, окончательно осознав: так только казалось. Земля под ногами не умерла, а будто находилась в коме. Естественные процессы в ее недрах отчего-то остановились, оттого к солнцу не рвалась жизнь.
Почему?
В следующую секунду я оказалась на десятки метров выше у подножия крутой горы перед входом в бункер. Прорезанные в скале железные двери не до конца были закрыты и в прямом темном тоннеле скопилось много желтой земли. Причина того, что происходило в мертвых землях, была сокрыта где-то там, в темных коридорах.
Я захотела во всем разобраться, но позади вдруг возник звук. Обернулась, вместо необъятных просторов увидев себя, спящую на диване, в маленькой комнате «Бурана». Возня за дверью комнаты повторилась, и я окончательно проснулась, раскрыв глаза.
Сначала вернулись запахи. Следом стала ощущать теплые лучи солнца, льющиеся из окон, и свою взмокшую серую футболку. С минуту поразмыслив над тем, где я была и что теперь знала, я лениво поднялась с потрепанного старого дивана, натянула на себя джинсы и открыла дверь.
Под дверью мне оставили пятилитровую пластмассовую бутыль. Поглядев на разносчика воды с тележкой в конце коридора, вернулась в комнату. Умылась. Обулась. Затем спустилась на первый этаж, прошагав через все отделы цеха, чувствуя на себе редкие любопытные взгляды — я еще одно новое лицо, которое появилось здесь. Миновала столовую — есть мне не хотелось. Из кулера во флягу набрала воды и через ворота вышла к парку джипарей и бронетранспортеров. Павел назначил встречу здесь.
Ощущая приятную прохладу утра, понаблюдала за тем, как вооруженные люди в майках перетаскивали в два джипа на больших колесах оружие, канистры и оборудование для связи. Появился Павел: завидев меня, он что-то сказал одному из своих людей — человек в серой панаме кивнул, решительным шагом направившись куда-то. А Павел подошел ко мне.
— Проснулась. Хорошо. Через десять минут выдвигаемся, — сказал он, хлебнув из фляги. Волосы у него были взъерошены. На теле выпачканная в желтой пыли белая футболка. Он протянул мне черный пуленепробиваемый жилет без ремешков и подсумков, хотя сам, пока что пренебрег подобным.
— Это обязательно? — спросила про жилет.