Еще существует эта.
От пола подняла взгляд к стенам. Осмотрелась в мозговом центре умирающей машины. Сигнал слабый. Энергии мертвых земель железному чудовищу катастрофически не хватало.
Машина уже работала на износ и совсем скоро жизнеобеспечивающие системы окончательно откажут.
Одна мысль.
Один шаг…
Зарядить генераторы этого бункера, все равно что накормить злое и голодное чудовище: гигантская подземная машина оживет и блокирующее поле вокруг острова на многие месяцы окрепнет. Я не могла этого допустить.
Прежде чем вернуться к физическому телу, сперва я появилась в одном из темных мрачных коридоров бункера, ощутив у себя под ногами, глубоко под землей, что-то живое: огромное, голодное и неподвижное. А в следующий миг вернулась в отдел согласований.
Я сидела на стуле ровной неподвижной фигурой с закрытыми глазами. Со стороны выглядело так, будто спала.
— С возвращением, — язвительно бросил стоявший передо мной Павел, когда я открыла глаза.
Обвела взглядом настороженные лица троих мужчин. Большой круглый фонарь в руках наемника излучал яркий свет. Взгляд снова вернулся к Павлу.
— Как долго меня не было?
— Примерно час. С генератором не вышло? — не спросил, а все-таки констатировал Павел.
— Я не стала.
— Почему?
Наемники заметно напряглись.
— Этот бункер — гигантская машина, виновная в энергетическом упадке этих мест. Из-за нее возникли пустоши, — вполголоса объясняла я, поднявшись с офисного кресла. — Ее генераторы заряжать нельзя. Машина работает на износ и не протянет долго.
— Что будет, когда машина остановится? — резко спросил наемник.
— Будет жизнь. В устьях поднимется река, вернутся животные и птицы. Все будет как прежде. Так, как должно быть, но… когда машина остановится, проснется чудовище, обитающее в недрах этой земли. То, о котором я говорила.
— Кит? — уточнил Павел.
— Размером как кит и оно… хм… плотоядно.
— Чудовище из легенд… — прохрипел тот же наемник. Второй наемник молча стоял в дверях, следя за обстановкой.
— Чем бы ни была эта дичь, если появится в моих пустошах устрою сафари и повешу на стену как трофей, — высказался Павел. — Ладно, с тварью потом разберемся, а сейчас уходим.
Наемник с обрезом пошел вперед, мы с Павлом двинулись следом. Наемник с фонарем шел замыкающим.В четвером мы быстро возвращались к лестнице.
— Какого размера, мать твою, должна быть громадина, если поглощает энергию жирного куска земли? — вдруг пробурчал впереди меня спускающийся по лестнице Павел. — Для чего ее создали?
Наемник толкнул железную створчатую дверь, первым шагнув в темноту подземной парковки.
— Машина предназначена для одной цели: не пропускать к острову морские суда и самолеты, — объясняла я. — Но из-за проблем с питанием она оказалась не особенно полезной. А вот другая машина…
Лязг и треск разнесся по парковке и сразу стих.
— Что это было? — выступил вперед наемник с фонарем, посветив в самую глубь подземелья.
В белом тумане света насколько хватало глаз ничего не было видно. Зато стали слышны глухие утробные рычания и звуки, похожие на шлепки падающих тел.
Дрожь по коже. Ком в горле.
Свет, некогда вспыхнувший в моих ладонях, прогнал Темных и теперь они возвращались к нам в телах мертвецов. Мертвецам свет не страшен.
— Сколько их? — подался вперед Павел. В свою очередь наемник с фонарем отступил. Ощутив возрастающее количество мертвецов в той темноте, тоже отступила невольно. — Я за машиной! Прикрывайте. — Прижал к груди ВПА.
Когда я укрылась за той опорой, что находилась дальше прочих от света фонаря, двойной очередью загрохотал автомат наемника. Следом грохнул обрез. Разглядев очертания медленных мертвых в белой дымке, огонь по мертвым открыла и я.
Будь здесь пространство куда можно было бы убежать, мы бы даже не стали тратить патроны на эту Рухлядь. Но бежать было некуда — мы в замкнутом пространстве. Если не стрелять, мертвые возьмут нас количеством. Павел возился с ВПА; и судя по тому, что в этой темноте уже дважды хлопнула дверь, он не нашел машину, которую можно былол бы оживить ВПА.
— Их десятки! — Я беспрерывно выжимала ключок пистолета.
Искривленные серые фигуры упрямо шли на нас. Они мычали, рычали, размахивая скрюченными конечностями. Получив пулю в лоб, падали замертво, а те, кто спотыкался о них, уже не могли подняться и ползли. Другие мертвые их топтали.
— Сколько их там еще? — Проорал наемник.
Патроны были на исходе. После второго магазина у меня раскалился ствол пистолета до режима «едва терпит рука». Взялась за револьвер.