Мертвецы подбирались со всех сторон. Десятки Бодрых!
— Откуда вас здесь столько?
Я вскинула винтовку. Выжимая крючок, тоже била по мертвецам.
Здесь не до свой-чужой. Бить надо быстро без разбора и по всему, что движется, иначе моргнуть не успеешь, как Бодрые на куски разорвут. А эти твари быстрые и сильные, опаснее живого с гранатометом будут. Так что по мертвым стреляли все: и солдаты, и бандиты, Стас и я тоже.
Точным выстрелом в лоб положила пятерых мертвецов. Сменив магазин, стрелять теперь пришлось по тем, что пробирались в развалины этого дома. Они лезли через дыры в стенах и пустые оконные рамы. Поднимаясь по толстым балкам рухнувшей крыши, стягивала крючок.
С другого конца села загрохотал двигатель. Я обернулась: по заросшей деревцами и кустами дороге полз не бронетранспортер, а танк с длинной пушкой. Когда пушка под азартные крики бандитов посмотрела в сторону леса, где укрывались солдаты, в многотонную военную машину прилетело два снаряда из гранатомета.
Танк умер, едва заступив на поле боя.
Бронетранспортеры и танк, судя по всему, еще утром принадлежали тем солдатам, что хищными Бодрыми теперь лезли на нас. Это объясняло неумелое управление бандитами серьезной военной машиной и то, как легко она попала под обстрел.
К пылающему танку, как мотыльки на свет помчались два десятка мертвецов. Бандиты не успевали отстреливаться от мертвой силы, стадо валило их и рвало на куски.
Следующий снаряд уничтожил стадо, а уцелевшие бандиты стали удирать на джипах.
Пламя с груды железа поднималось в небо. Ни бандитов, ни мертвых как угрозы больше не было. Остались только мы со Стасом, да солдаты в лесу.
Те не выходили из леса. Стас не предпринимал попыток выбраться к ним. Я к подвигам тоже не стремилась… И стало тихо.
Глава 3
Небо горело в лучах дневного солнца.
Многотонный танк догорал на въезде в заброшенное селение. Уже какое-то время не грохотали выстрелы, не рычали моторы и не кричали люди. Стас укрывался в косом доме по другую сторону дороги. Я тоже пока не рисковала высунуть нос с развалин крыши.
Когда заметила выступившие пятна крови на серой футболке на уровне ребер, подняла тонкую ткань, с облегчением обнаружив только царапины; как вдруг:
— Кто такие? — прогремел хриплый голос с улицы.
Через щель в крыше я посмотрела в прицел.
— Эй, там, отзовись! — опять прогремел голос за развалинами старого дома.
— Солдаты Второго города! — проорал в ответ Стас из своего укрытия.
— Тот, что засел на крыше, тоже?
— Да! — крикнул Стас.
— Третий город! — представился переговорщик. — Выхожу без оружия. Эй, там, на крыше — не пали или гранату выхватишь!
— Ладно! — крикнула я.
Из-за порушенного дома к дороге шагнул здоровый мужчина в мощных ботинках и в жилете. Его бицепсы были обтянуты черной футболкой, лицо в щетине, ладони без оружия выставлены напоказ. Я узнала это лицо — видела в Сторожевой деревне два месяца назад.
К нему вышел Стас с автоматом за плечом.
Тем временем кто-то хладнокровно и тихо проговорил мне с первого этажа:
— Ты на мушке. Дуло вниз.
Без резких движений я сделала так, как велели, затем развернулась, показав ладони.
— Кто такие? — с деловой прохладой в голосе потребовал солдат в стрелковых очках.
— Солдаты Второго города, — спокойно ответила я.
— Группа?
— Двадцать шестая.
— Почему здесь?
— На пути в Приходку наткнулись на бандитов. Пришлось уходить.
— Зачем едете в Приходку?
— Не ваше дело.
— Кто еще с вами?
— Только мы вдвоем.
Солдат в черной экипировке, выдержав тяжелую паузу, велит:
— Винтовку не трогай. Ладони на виду. Спускайся.
Пока я выполняла его распоряжение и маленькими шажочками переступала по широкой балке вниз, тот держал меня под прицелом автомата. Спрыгнула на кучу мертвецов с пулями во лбу, едва не потеряв равновесие.
— Осторожней.
— Стараюсь, — недовольно процедила я, спрыгнув с кучи неподвижных тел на твердый пол. Пробралась через рухнувшие балки крыши и через двор вышла к дороге. Все это время мне в спину смотрело дуло автомата.
Стас выглядел спокойным. Мужчина рядом с ним спросил у того, кто держал меня на прицеле:
— Что сказала?
— Солдаты двадцать шестой Второго города. Двое. Направляются в Приходку.
— Сходится. — Выглядел так, будто он и не ждал услышать другого, а проверить все равно надо было.
Солдат опустил дуло автомата, а я опустила руки.
— Я Зил, а это Богдан. Надеюсь, не в обиде за прохладный прием, — сказал тот, что стоял рядом со Стасом. — Сами понимаете, время такое.