— Привет, — фырчит Леций забирая книжку из рук и рассеянно пролистывая страницы. — Ты чего здесь?
— Зашел проведать.
— Проведал? — Леций забирается с ногами в кресло и откидывает книжку. — Сорри, день тяжелый.
— Опять подрался, — Бади цепляет его за подбородок, крутит голову в разные стороны. — С кем на этот раз?
— Упал, когда подтягивался на крышу.
— Я видел, как ты это делаешь сотни раз, выбрал бы другую причину.
— Тогда приложился во время атаки, когда удирали от Лилии.
— Во-от, а Майлоне я передам, чтобы прекращала, — Бади ухмыляется. — Генри нашел твою заклепку возле стабилизатора. Говорит на совесть приварил. Ребята полдня отдирают, отодрать никак не могут.
— Меня бы позвали, я бы помог, — Леций скрещивает руки на груди.
— Нечего тебе там делать, — Бади опирается на стол. — Забыл, как тебя чуть в конвертер не затянуло?
— Не затянуло же.
— Ты не механик.
— Не маг, не сын, не внук, я просто юнке, — огрызается Леций. — Ты не даешь мне работать, суешь на самый дрянной корабль и еще роешься в моих вещах.
— Тебе не нравится Генри?
— Мне много кто не нравится, и что? Уволишь их всех?
— Колючий какой, — Бади это веселит. — Я пришел поздравить.
— День рождения уже прошел, ты опоздал. Че там у тебя?
Бади вытаскивает из кармана ключ и кидает его Лецию.
— Шаттл Аккойя вышел в утиль. Он теперь твой.
— Аккойя? — оживился Леций. Старичок давно ему приглянулся, о чем он, конечно, не раз говорил Бади. — А чего так? Ему до пенсии еще полвека.
— Лилия, — жмет плечами отец, и поникшему Лецию улыбается. — Двигатели целые, а со всем остальным ты и сам справишься.
— Там от обшивки наверняка одно слово осталось… — бурчит Леций, но крепко жмет Бади руку. — Ничего лучше не нашлось?
Бади ерошит ему волосы и выходит из комнаты.
— Четвертый бокс, и не смей таскать материалы. Из твоего там только шаттл.
— Ну спасибо! — кричит ему в спину счастливый Леций. — А чинить мне его как?
— Разберешься!
***
— Ну, красота, — Леций отошел к двери, разглядывая новообретенную собственность.
Шаттл — маленький аналог лайнера. Только если лайнеры это полноценные суда для долгих полетов, то шаттлы — их менее приспособленная к выживанию версия.
Зато грузоподъемность у них больше. И двигатели мощнее. И вообще, шаттлы Лецию нравятся гораздо больше — ими легко управлять в соло, не то что лайнерами.
Аккойя похож на груду металлолома. Крылья — решето. Хвостовая часть отсутствует напрочь. Вместо кабины пилота — развороченное гнездо проводов, стекла и трубок. Леций перелазит через нос, прыгает на металлический пол, успаний крошками пыли, осколков и прочего мусора. Выкидывает за хвост труп крысы — очевидно шибануло током, когда пыталась дожрать провода.
Важный урок — даже будучи на грани утиля, вся эта воздушная техника все равно находится под напряжением. Генераторы и батареи дохнут самыми последними и в этом самая большая гарантия выживания экипажа. Ты можешь остаться без крыльев, хвоста и морды — никогда без питания. Пока есть энергия, есть шанс смягчить посадку за счет энергощитов и барьеров.
Леций пробирается через кошмарные обломки — шаттл измазан кровью, черными обгорелыми деталями и ужасно пахнет гарью.
— Ну и посадка у тебя была наверное, да, братец? — хлопает по потрепанной обшивке, ногами вперед проскальзывает в двигательный отсек и тут же подтягивается обратно — там полно воды. Интересно, какая тварь забыла слить воду и как они определили, что двигатели целы?
Выскальзывает наружу, берет инструменты (Бади говорил только про материалы!) и начинает откручивать обшивку шаттла. Где-то помогает роботизированная техника. К глубокой ночи Леций выключает электричество, сливает воду, и снимает все два двигателя на просушку. Аккойя — мертвец под соусом больного.
Бади явно учел его страсть к механике, раз не списал шаттл окончательно. Впервые за полгода миссии Леций спит спокойно, можно даже сказать счастливо.
Опыт
Эд Хизфэс официальный пенсионер. Узлы — через которые маги выпускают магию во внешний мир, уничтожены. Он теперь такой же, как и Леций — не маг и не фано.
А еще его шрамы невозможно вылечить в его материальном положении. Некогда подающий большие надежды механик, он теперь не может держать предметы без яркой, видимой дрожи в руках.
Гильдия назначает ему пенсию, распределяет грузчиком на склад. Правая сторона лица лишена подвижности и обезображена. Леций знает, что он избегает Майлону, а она — не стремится его искать. Леций знает, что он старается не пересекаться даже с родным отцом и, почему-то, понимает его лучше всех.