Бешеная текучка? Они каждую миссию теряют людей. Кто-то калечится, кто-то погибает. Биврик на острие меча. Убитый в хлам лайнер — а вы попробуйте сохранить обшивку в целостности, когда по вам бьют из всех орудий.
Леций сбился со счета, сколько раз он латал двигатели. Он разбирается в архаичности и безобразии двигателей так, как будто родился в этом насквозь перешитом и пересобраном лайнере. Хизфэс уходит на пенсию — во время атаки обшивка взорвалась внутрь и раздробила ему руку.
Почти полностью меняется состав. Майлона уходит на другой корабль — ужиться с Лецием она не смогла и управление приняло решение их разделить. Но простить ему свое увольнение с Биврика она не смогла. Хотя…
— Сама виновата, дура, — Леций крутит пальцем у виска, когда они пересекаются в штабе. В следующие пять минут их растаскивают. Майлона — та еще бешеная фурия.
Вместо нее на Биврик назначают Ши, сына главы гильдии и племянника Бади. И уже с ним Леций находит общий язык. Ши, в отличии от Майлоны, не винит Леция в том, что он занял не свое место.
Леция принимает экипаж. Или это он его принимает. По-крайней мере на Биврике он свой, а среди других механиков — все еще непонятный и чужой. Недоделанный Леций на несчастливом Биврике.
— Руки убери, — Лецию на пальцы падает деталь и он молча жмурится от боли. Глубокий вдох-выдох. Он не любит работать в штабе.
Здесь его все еще помнят, как юнке.
— А по хлебалу получить не хочешь? — поворачивается к наглецу.
— Оборзел?
Драка носит чисто формальный характер. Леций окреп, из жилистого, но слабого подростка — тощий, но чрезвычайно сильный юноша. Леций пинается сильнее горных козлов, а равновесие вшито словно заводскими настройками. Его тело — пособие начинающим медикам по анатомии человеческой.
В штабе он ругается со всеми, с кем только можно. На корабле — его любят.
Леций дерется хуже дворовой кошки. По-крайней мере в лазарете лежат толпой, потому что сдерживаться он отказывается. Из ершистого, но в целом безобидного он трансформируется во все-такого же ершистого, но уже вредоносного.
— Что мне с тобой делать? — Бади им горд. Это Леций понимает также хорошо, как и его недовольство социальными навыками воспитанника.
— А что хочешь? — он вздергивает подбородок. — Не я первый начал.
— Сколько можно со всеми воевать? — Бади раскачивается в кресле. — Когда сможешь вылететь?
В очередной драке ему сломали руку. Ох, в каком бешенстве был Генри, у которого на носу была миссия в столицу.
— Дарк его знает.
— Аарон.
Они сталкиваются взглядами.
— Приучи штабников не трогать меня, и не будет никаких накладок по графику. Я вообще ремонтом занимался. В своем, заметь, боксе!
— Ты взял запчасти Теокии.
— Бэй-тей дал добро.
— Бэй-тей капитан Теокии, а не ее механик, — хлопнул по столу Бади. — Откуда ему было знать, что ты берешь материалы, нужные ему для вылета?
— А мне откуда было это знать? — огрызается Леций. — Биврику вылетать через пару дней, а у меня ни закрылок, ни щитов. Спасибо Короне. И если Теокия может подождать, то мы нет.
— Не трогай запчасти других судов. Заказывай для Биврика новые.
— Некогда ждать новые.
— Аарон! — Бади снова откидывается на спинку кресла и массирует лоб. — Не трогай чужие запчасти, в который раз тебе говорю. Закажи с запасом. Я переведу Биврик в другой штаб, если твои драки продолжатся.
— Басхат! — ругается Леций.
— Басхат! — ругается Генри, когда в очередной драке Лецию ломают ребро.
— Басхат! — ругается Ши, когда Биврик переводят в другой штаб, и Леций требует, чтобы гильдия оплатила перевозку на новое место Аккойи и Эда, который за эти годы почти закончил ее ремонт.
***
— Эд Хизфэс.
— Аарон, Леций Аарон Фернандес.
Они здороваются с местными механиками.
— Это вас выперли из А-3? — название родного штаба уже не режет уши.
— Можно и так сказать, — Леций замечает враждебный взгляд и обращается уже лично. — Показать за что?
— А что, можно посмотреть? — перед ним — помощник механика старше его самого на добрые полвека. И от того, видимо, ревнующего к его статусу полноправного механика.
— Нас перевели, чтобы ты не дрался, а ты опять? — одергивает его Эд, за эти годы ставший ему братом. — Уймись, Фернандес.
— Добро пожаловать, — один из старичков кивает на закрытый бокс. — Мастер Фернандес. Ваш тринадцатый.
— Это для Биврика?
— Для Аккойи. Для Биврика седьмой.
— Далеко. С кем можно махнуться? Восьмой? Шестой?