— Скорее, как два придурка, — возражаю ей я. — Особенно у меня вид дурацкий, в этом плаще жёлтом.
— Ты же сам голубую куртку отказался надевать.
— Потому что видно, что она женская.
— Плащ тоже женский.
— Не до такой степени.
— Ладно, не бурчи, тут недалеко, дойдём как-нибудь.
— Надо было хоть зонтик взять.
— У нас дома оба зонтика такие яркие и разноцветные, каких тут не бывает. Если только у клоунов в цирке. С зонтиком из будущего мы сразу выделялись бы.
— Всё равно выделяемся.
— И потом, кто же знал, что тут дождь пойдёт?
— В начале ноября в Ленинграде? Ну, я бы сказал, что в такое время и в таком месте осадки выпадают с завидной регулярностью.
— Сань, что-то народу сегодня много на улице, тебе не кажется?
— Ну и ну! Лен, ты дура? Сегодня же война началась!! Забыла?!
— Ой. Блин, забыла. Не, правда забыла, Сань. Совсем из головы вылетело, кажется, это всё давно было.
— Балда. Видишь, как плохо сразу в двух мирах жить. Теряешь связь с реальностью.
— Как там Светка, интересно? Надеюсь, Тимофей Дмитриевич спас её.
— Тимофея Дмитриевича теперь самого спасать впору, если он выжил при бомбёжке.
— От кого?
— От госбезопасности. Помнишь, он сам говорил, что товарищ Меркулов приказал ему доставить нас любой ценой и что за это он головой отвечает. Головой. У нас это не шутки, Лен, тем более, если такое сказал нарком НКГБ. Думаю, если мы не найдёмся, Тимофея Дмитриевича вполне расстрелять могут. Вообще-то, если не найдёмся, не поздоровится и самому Меркулову.
— Я как-то не думала об этом в таком ключе. Наверное, они там сейчас уже все леса Белоруссии прочесали, нас ищут.
— Не, не прочесали пока, хотя потом обязательно прочешут. А пока ещё не прочесали, не успели, ведь тут и десяти минут не прошло с момента нашего ухода. Лен, их там, может, до сих пор бомбят, представляешь?
— Ужас какой. Сань, я раньше ещё под бомбёжкой не бывала.
— Я, вообще-то, тоже.
— Чего-то я никакой охраны не вижу около твоего дома, Саш.
— А как ты это представляла себе? Полосатую будку с вооружённым милиционером в ней около подъезда? С такой гордой надписью: «Пост охраны квартиры 26», да? Не беспокойся, Лен, охраняют наверняка, нас заметят. Я даже не знаю, успеем мы домой зайти или нас раньше в милицию заберут. Вовка в садике, наверное, его и не увидим.
— Жалко.
— Угу. А ты про каких бурундуков говорила?
— Когда?
— Когда по мосту шли, помнишь? Ты сказала, что мы с тобой на бурундуков похожи.
— Ах, это. Ты не знаешь, Сань, это персонажи такие мультяшные — Чип и Дейл их звали.
— Чего это не знаю? Очень даже знаю, видел про них мультики, когда у этих сидел. Они ещё с толстым котом воевали постоянно.
— Вот я про них говорила.
— Имела в виду, что мы спасатели?
— А разве непохоже? Им же действительно некуда бежать, кто им ещё поможет, если не мы с тобой?
— Где они тут жить-то будут? Ни дома, ни денег, ни документов.
— Всё равно лучше, чем там. А у нас всё, край, у нас им крышка. Женьку нельзя в детдом, ты же знаешь, какой он тютя, его там заклюют.
— Факт, заклюют.
— Вот. А баба Дуся просто умрёт без него, она только ради Женьки и живёт. Без него ей и жить незачем станет.
— Ладно, в Москву приедем, спросим товарища Сталина. Не думаю, что он в такой малости откажет — принять учительницу-пенсионерку с внуком. Поможет и с документами и с жильём. Тем более, Женька хоть и тютя, но в компьютерах здорово разбирается. Гораздо лучше тебя или, тем более, меня. Он и программировать умеет немножко. Ты же и математических каких-то программ наставила на ноутбук, да? Вот Женька и будет сидеть программировать. Не, такого ценного кадра товарищ Сталин не то что возьмёт, с руками оторвёт и никуда не отпустит. Женька же со своим компьютером один больше насчитает, чем целый институт.
— Наверное. Открывай дверь. Саш, а твоя мама нас не побьёт сейчас?
Хороший вопрос. Я открыл дверь подъезда, пропустил вперёд себя Ленку, а сам всё думал — достанется нам на орехи или нет? Вообще-то, запросто влететь ремнём может, у мамки это не задержится.
Мы с Ленкой опять в моём мире, тут третье ноября сейчас и сегодня война с Англией началась. Сегодня и, одновременно, три недели назад. Мы три недели в Ленкином мире прожили.
Там как получилось-то? Я Ленку из разбитого вагона вытащил, и мы с ней в воронку от бомбы сразу плюхнулись. А Ленка никакая была, вовсе невменяемая, мычала что-то. Опять же, по руке ей левой здорово стеклом попало, кровь сильно текла. И она как-то ухитрилась портал в 2013 год открыть из той воронки, хоть и не в себе была. Кажется, ей подвал и не нужен вовсе для этого, достаточно просто ниже уровня земли оказаться.