— Естественно. А тут всё с алкоголем. Без алкоголя разве что вода в туалете.
— И вы пьёте это? Вы же дети!
— Скажешь тоже, дети. Мне скоро четырнадцать, а у нас тут и восьмилетки уже вовсю вискач чистый фигачат.
— Вискач? Виски, что ли?
— Ну да. Не, ты и впрямь как тундра. Откуда ты такая взялась, чудо? Где тебя Занира подобрала?
— Где надо, там и подобрала.
— Ладно, мне пофигу. Давай, допивай и пошли потанцуем.
— С кем?
— Со мной. Я и ты.
— В смысле?
— В прямом. Танцы же. Гляди, мальчишки уже вышли некоторые.
Обернувшись, Света и впрямь увидела, как танцуют три пары мальчишек. Именно так. Три пары. Мальчишек. То есть мальчик плюс мальчик. Танцуют, обняв друг друга за плечи и за талию. А вот к ним и пара девчонок присоединилась, но они тоже танцуют друг с другом, на мальчишек ноль внимания, фунт презрения. И тут ещё в сумраке зала начала негромко играть музыка:
Инкубаторским ребёнком Света не была, она вращалась в обществе сверстников и многое понимала. Знала она, и что означает слово «голубой». Не «голубой океан», скажем, а просто «голубой». Когда это слово не прилагательное, а существительное. Только вот раньше с истинными «голубыми» сталкиваться ей пока не приходилось. Ну, или они искусно маскировались. Здесь же местные «голубые» маскироваться даже и не пытались. Вон, одна пара мальчишек уже целуется взасос. И всё нормально, никто и вида не показывает, что это неправильно. Более того, танцевавшая рядом с ними пара девчонок замедлила темп и… тоже начала целоваться.
Свете так неприятно было смотреть на эту картину, что она машинально взяла со стола бокал и отхлебнула от него хороший глоток, прямо через край, не через трубочку. Прокашлявшись, Света смогла точнее оценить окружавшую её обстановку.
Блин. Ведь такая хорошая, добрая песенка. И они так испохабили, извратили её. Свете ужасно, просто до слёз стало обидно за чудесную песенку из старого советского мультфильма. Автор ведь совсем не это имел в виду, когда сочинял её! Совсем не это!! А они… Так… гадко и мерзко.
Это новая Светина «мама» Занира привезла сегодня сюда Свету. Сюда — это в молодёжный ночной клуб. Отдохнуть и развеяться. Хотя от каких таких трудов Свете нужно было отдыхать — непонятно. Она и так спала целыми днями, больше ей делать нечего было. У неё даже книжек не было никаких, кроме дурацких журналов-каталогов косметики. На отличной бумаге, с великолепными фотографиями и количеством поясняющего текста, рассчитанным на интеллект среднего трилобита.
Тут Света поняла, отчего ребята в этом «клубе» так странно распределились. В правой стороне зала оказались одни мальчишки, а в левой — только девчонки. Сначала Света думала, что ребята позже перемешаются, но теперь ей стало ясно, что перемешиваться никто и не собирается. Всем вполне хватало своей половины зала.
Ну, и с Занирой Свете тоже всё стало кристально ясно. А то она всё думала, зачем это всё ей? Ведь Занира предоставила в полное распоряжение Светы две огромные комнаты, напичканные электроникой. Правда, компьютер (очень мощный компьютер, ему впору корпоративным сервером работать, а не игрушки простенькие запускать) к Интернету подключен не был. Вероятно, Занира всё ещё опасалась того, что Света как-то попытается выйти на связь с внешним миром и попросить помощи.
Кстати, Света так бы и сделала. Хоть бы вот на официальный сайт ФСБ залезла, да там в открытом форуме на весь мир и заорала бы, что её похитили. После такого, наверное, какие-то меры ФСБ и приняла бы, ибо неизвестно, сколько человек этот крик о помощи прочесть успели.
Только вот не было у Светы сейчас Интернета, не было. Некуда ей жаловаться было. Телефона у неё тоже не было. Ничего не было.
Света попыталась сбежать непосредственно из этого клуба, куда её привезли, но ничего у неё не вышло. Охрана на выходе не выпустила её наружу. Вот уже вторую неделю Света живёт у Заниры. Та, кстати, вовсе не настаивала на том, чтобы Света называла её мамой, наоборот, просила Свету называть себя именно Занирой и быть с ней на «ты». Только Света вообще никак не называла свою новую «маму», да и ни с кем ни о чём не разговаривала.