Вроде не заметил. Даже не обернулся.
Стараясь держаться теневой стороны, я продолжил слежку, и минут через десять уже смотрел как Бухтомин заходит в подъезд пятиэтажки. Дождавшись когда он скроется за подъездной дверью, я со скоростью антилопы рванул вперёд, успев как раз когда он заходил в квартиру на втором этаже.
Ну вот, адрес известен, остаётся ждать.
Мест где можно спрятаться, не так много, но окна квартиры в которой сейчас находился предполагаемый маньяк, выходят на другую сторону, поэтому проще, тем более уже темнеет. Прогулявшись по двору, я отошёл к детской беседке, и присев на бортик, приготовился наблюдать. Не сказать что удобно, но и не так чтобы совсем плохо, главное не жарко, и комаров нет. Привлечь излишнее внимание жителей я не боялся. Молодежи в это время много бродит, поэтому вряд-ли моя скромная персона вызовет подозрения.
Да и стемнело быстро. Людей на улице существенно убавилось. С детской площадки исчезли дети вместе со своими мамашами, пропали тетки предпенсионного возраста с лавочек, и только мужики в другом конце двора продолжали ожесточенно стучать костяшками домино.
Переместившись поближе к подъезду, я продолжал наблюдать.
Полчаса просидел, потом ещё час. Мужики добили таки козла и разошлись по домам. Стало совсем тихо. Глянул на часы — без пятнадцати одиннадцать.
Загрустил. Идея торчать тут всю ночь уже не казалась такой привлекательной. Спать нельзя, а ведь утром тренировка.
И как быть?
Просидел ещё час, за это время почти во всех окнах пятиэтажки потух свет, и вокруг стало совсем темно.
Вернуться на базу?
В то что Бухтомин пойдёт на дело, уже не верилось. Поначалу казалось что такое возможно, сейчас же, когда хорошенько всё обдумал, мнение своё изменил.
Ну вот действительно, приехал человек к родственникам, и вдруг ни с того ни с сего уйдет среди ночи. Глупо же?
Глупо.
А с рассветом ещё и похолодало. Не до дрожи, хотя тоже неприятно. Летом светает рано, но греть по-настоящему солнце начинает гораздо позже. Оно хорошо когда выспавшись и позавтракав, утром выходишь из дома, и по холодку куда-нибудь чешешь. А когда вот так, голодный и сонный, ощущения совершенно другие.
Хотел уйти, но что-то заставило задержаться. Оказалось не зря. Осторожно приоткрыв подъездную дверь, «клиент» вышел наружу.
Встал на лестнице, осмотрелся, поправил закинутый за плечо рюкзак, и торопливо направился в сторону лесопарка.
Я же, выждав некоторое время, двинулся следом. Вёл на пределе, боялся потерять, но обошлось.
И что ему в лесу надо? Или действительно маньяк? Но кого он надеется там поймать? Лесок этот на отшибе, через него никто не ходит. Разве что грибники когда сезон, но и то вряд-ли. Да и время не самое подходящее.
Добравшись до опушки, Бухтомин остановился, а я спрятался за дерево. Минут через пятнадцать со стороны города послышался шум подъезжающей машины. Хлопнула дверь, раздались голоса, и на «сцену» вышел ещё один человек.
Видно мне было плохо, но что это не женщина, совершенно точно.
Гость осмотрелся, подошёл к Бухтомину, и обменявшись с ним парой коротких фраз (содержания я не расслышал) ушел обратно к машине. Думал всё, уедет, но тот открыл багажник, что-то достал оттуда, и вернулся обратно.
Да это же ствол⁈ Он что, его покупает? — с трудом, но мне удалось разглядеть в руках у клиента нечто очень напоминающее автомат Калашникова. Ну точно. — характерный звук взводимого затвора спутать было трудно.
Отстегнув магазин, и покрутив оружие в руках, стрелять для дальнейшей проверки Бухтомин не стал, а затолкав автомат в рюкзак, передал что-то продавцу, возможно деньги.
Тот рассмотрел внимательно, и снова сходив в машину, принес небольшой сверток. Бухтомин развернул его, кивнул довольно, и сунул туда же в рюкзак.
Не очень-то похоже на маньяка… Ладно бы ещё пистолет, куда ни шло, но калаш? — рассуждал я, а дождавшись когда машина уедет и «клиент» отправится в обратный путь, осторожно двинулся следом. Если раньше мог надеяться на свои ноги в случае чего, то сейчас мои шансы сбежать сильно уменьшились. Ну а что, такими вещами не шутят, заметит слежку, запаникует, да и шмальнет не глядя. Место глухое, даже если кто и услышит, будет уже поздно.
Немного не дойдя до дороги, Бухтомин замер, осмотрелся, и свернув в сторону, скрылся в густом кустарнике.
Ну правильно, не тащить же калаш в рюкзаке? Здесь место тихое, можно и припрятать. Опять же не далеко, достать не долго.
Через пару минут он вышел обратно, надломил ветку, — ориентир себе оставил, и торопливо пошёл дальше.