Маскироваться особо не стал, выбрав столик в углу, сел спиной ко входу, так чтобы видеть входящих в зеркало, да кепку на глаза надвинул. Приглядываться ко всем посетителям Бухтомин не будет, а мельком посмотрит, тем более со спины, точно не узнает.
Ждал недолго. Сначала в зал зашли два представительных мужика в одинаковых серых костюмах и с одинаково угрюмыми лицами, а за ними почти сразу Бухтомин. Столик выбрали недалеко от меня, но отдельный, за перегородкой, и чтобы хоть что-то услышать мне пришлось изрядно напрячься. Причем слышал я только отдельные реплики самого Бухтомина, возмущаясь, тот постоянно срывался на крик.
Не всё понял, но суть уловил. Речь шла о каких-то боях, и судя по тону, Бухтомину совсем не нравилось о чем его просят. Может я неверно разобрал, только показалось что от него требуют добить проигравшего. Как это, добить, я не понимал. Возможно сленговое что-то, может быть не местное выражение. Ну или я просто не то услышал. Он же, хоть и нервничал, на условия не соглашался, твердил что никакого пистолета нет, и люди в сером пытаются взять его на понт.
Минут десять они проговорили, потом Бухтомин ушел, а эта парочка осталась, им как раз принесли по кружке пива и какую-то еду.
Я тоже сходил за добавкой. Сел, отхлебнул.
В той, уже так далёкой жизни, мне казалось что пиво в союзе было неимоверно вкусным. Теперь же, когда появилась возможность обновить ощущения, мнение своё я изменил. Может быть это здесь такое невкусное продавали, допускаю, хотя куда более вероятно что раньше не было возможности сравнить, вот и запомнилось что вкуснее нету.
Но как бы там ни было, из кружки я потихоньку отхлебывал, незаметно поглядывая на своих «подопечных».
Ещё не новые русские, но уже на пути. Смотрят на окружающих свысока, ведут себя хоть и тихо, но так, словно в коровник зашли, где говно повсюду. Запачкаться боятся. К еде не притронулись, вид только делают. Пиво чуть пригубили. Явно ждут кого-то.
И точно.
В бар зашёл такой же угрюмый в сером костюме, но подходить не стал, кивнул едва заметно, и обратно вышел. Эти за ним, я, чуть задержавшись, следом.
Огляделся, а они в машину садятся. Жигули четверка, такая же серая как их костюмы. По нынешним временам отличный автомобиль, мечта многих.
Ну, думаю, всё, уйдут. Но проехав буквально сто метров, машина свернула во дворы. Я бегом наперерез.
Добежал как раз когда все трое заходили в пристройку к пятиэтажке. «Ателье мод Акация» — вывеска над крыльцом.
Наверное вот откуда одинаковые костюмы — сложился в голове ненужный вывод.
Сделав вид что иду мимо, быстро обошел пристройку и прижимаясь к стене, заглянул в первое окно.
Тряпки, машины швейные, женщины в платочках. Не то.
Пригнулся, и к следующему окошку.
Тут примерно та же картина, и тоже не то что мне надо.
А вот с третьим угадал. Видимо будущие новые русские себе здесь что-то вроде офиса устроили. Шкафы вдоль стены, пара столов с «допотопными» компьютерами: плоский ящик, сверху монитор музейного вида, а рядом массивная клавиатура. Мышки не видно, может убрали, а может их просто ещё не изобрели. В этих делах я так себе специалист, могу ошибаться.
В углу огромный сейф, напротив стол без периферии, за столом двое моих знакомцев, и третий, его я ещё не видел.
Лет под пятьдесят, лысый, лицо рябое и мясистое, глаза маленькие, нос картошкой.
Форточка приоткрыта, слышно о чем говорят.
Пока все просто, эта парочка отчитываются перед боссом — а то как они себя ведут, не оставляет в этом сомнений.
— Всё сделает как надо, не сомневайтесь. — говорит один.
— Деваться ему некуда, в лепешку расшибется, а заказ наш выполнит! — гордо добавляет второй.
— Ствол где? — спрашивает босс.
— Вот, упаковали так чтобы пальчики не стереть. Он показать просит, не верит, думает что блефуем.
— И что же, отпечатки свои разглядеть надеется? — нахмурился босс.
— Нет конечно, говорит что запомнил ствол из которого стрелял тогда в тире, мол даже номер помнит.
На стол легла прямоугольная картонная коробка.
— Покажем, не сложно, мы ж не фраера какие… — сказал босс, — тем более на кону серьёзные деньги, и коли не срастётся…
— Мы все предусмотрели, осечки не будет. — успокоил его тот что помордастей.
Дальше они рассказали про какую-то бабу, мол платить не хочет, потом примерно о том же, но с другим фигурантом, и отчитавшись, умолкли.