Буркнув что-то непонятное, босс встал, подошел к сейфу, и повозившись с замком, достал оттуда аккуратную пачку денег.
— Это аванс. — сказал он, бросая пачку на стол. — Остальное по результату.
Забрав деньги, люди в серых костюмах ушли. Босс же взял коробку с оружием, открыл её, долго разглядывал содержимое, и убрал в сейф.
Я не мать Тереза, но тут явная несправедливость, — хорошего человека, великого спортсмена, заслуженного тренера, шантажируют тюрьмой. Тем более что дело-то плевое; попасть в помещение, вскрыть сейф, забрать пистолет. Примерно в таком порядке.
Вариантов, как туда залезть, не много, но есть. Например, можно зайти прямо сейчас, вырубить «босса», и забрать оружие. Смущают только женщины по соседству, мало ли, нашумлю, переполошу всех. Поэтому лучше дождаться темноты, и через форточку. Тем более ни решеток, ни сигнализации тут нет, а значит проблем быть не должно.
Времени сейчас половина седьмого, темнеет в десять, но на дело идти лучше заполночь. Пока же где-нибудь отсидеться, и по возможности поспать. В гостиницу не вариант, денег осталось копейки, поэтому либо куда-нибудь в подвал, либо на чердак. Хотя сейчас тепло, можно и в лесок какой-нибудь забуриться.
Еженедельник «Аргументы и Факты» № 27. 17.07.1990
«Из отчета Центральной Ревизионной Комиссии КПСС XXVIII съезду КПСС»
'ВСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КПСС финансируется за счет собственных средств. 58 % из них составляют членские партийные взносы. 41,6 % — отчисления от прибылей партийных издательств и предприятий. 0,4 % — прочие поступления.
Как используются эти средства? Частично они необходимы для проведения общепартийных мероприятий (съездов, Пленумов, совещаний); содержания аппарата ЦК КПСС; центральных научных, учебных, а также лечебно- оздоровительных учреждений; на осуществление межпартийных связей. Значительная часть используется для дотаций тем местным парторганизациям, которые не могут обеспечить финансирование своих расходов за счет собственных доходов.
* Наибольшая финансовая помощь от 40 до 75 % их расходов — была оказана Компартиям Киргизии, Таджикистана. Туркменистана и девяти областным парторганизациям РСФСР.'
Глава 8
На самом деле, даже имея деньги, найти ночлег непросто. В тех же гостиницах, насколько я знаю, места бронировались заранее, и чтобы снять номер вот так, с бухты-барахты, придется сильно постараться. Можно поискать в частном секторе, или договорится с кем-нибудь в общаге, но тоже не сто процентов, потому что с улицы, без знакомства. Хоть и перестройка, но люди всё равно закона боятся, по старой памяти.
В прошлой своей жизни, особенно в последние её годы, наряду с общим возвеличиванием союза, говорили что не только солнце светило ярче, небо было выше, а трава росла зеленее, но и достаток был лучше. Да, возможно для кого-то так оно и было, но могу сказать совершенно точно, что не для всех. Основные блага распределялись между совсем небольшой прослойкой общества, своеобразной элитой, если можно так выразиться. Партийные работники, торговля, силовики, всякого рода снабженцы, забравшись поближе к кормушке, гребли все под себя, оставляя народу лишь жалкие остатки. Ну а то что стало модно восхвалять Советский союз, можно объяснить особенностями человеческой памяти. Мозг штука сложная, и устроен так, что плохое мы забываем, оставляя в голове только хорошее, которого, безусловно, так же было совсем немало.
Покинув наблюдательный пост возле ателье, далеко отходить я не стал, обосновавшись в закутке возле гаражей. Местечко укромное, непроходное, самое то что нужно. Нарвав травы, устроил себе лежанку. Не бог весть что, но всё же не на голой земле. Улёгся и сам не заметил как задремал, проснувшись уже затемно. Глянул на часы, половина двенадцатого, самое время действовать. Поднялся, сделал несколько разминочных упражнений, и двинулся к ателье.
Там, спрятавшись в неглубокой нише между зданиями, выждал ещё минут сорок, и убедившись что всё тихо, приступил к выполнению плана. Залез на подоконник, выдавил форточку, и изогнувшись, проскользнул внутрь. Просидев пару минут на месте, — пока глаза привыкли, раскопал в куче тряпок подходящий кусок, и намотав на лицо, осторожно вышел в коридор. Никого. Прошёлся до фойе, тоже тихо. Вернулся к нужному помещению. Дверь деревянная, замок хлипкий. Чтобы не шуметь, навалился всем телом, и дверь не выдержала, поддалась.
Заглянул, и тут же поплатился за безалаберность. В комнате кто-то был, и этот кто-то меня едва не пристрелил. Ладно я среагировать успел, первая пуля по волосам чиркнула, вторая ушла выше, а третьего выстрела не случилось, чудом, но стрелка мне удалось вырубить. Вот тебе и доверчивые советские граждане-бандиты, ни хрена подобного, охрану всё ж таки оставили. А учитывая что выстрелы наверняка кто-нибудь услышал, времени у меня в обрез. Хорошо что связка ключей нашлась в кармане стрелка, а то пришлось бы ретироваться. Ключ от сейфа выделялся среди прочих, поэтому подбирать не пришлось.