До слуха Гриши доходит какой-то отдалённый стук. «Может быть, Арменак и его дружки снова ломают стену, чтобы пробраться во двор дома?»
Это уже было один раз. Решив расправиться с беспокойным и активным пионером, они стали продалбливать в каменной стене дыру, чтобы пробраться во двор к Акопянам, но были схвачены.
А однажды Арменак ворвался в коровник, где Мария Григорьевна доила корову. Хулиган пригрозил, что расправится с Гришей, если он не перестанет бороться с кулаками.
— Не связывайся с ними, сынок, — робко попросила она.
— Мама! Я пионер-ленинец! — ответил Гриша. — Я должен бороться с врагами.
— Боюсь за тебя, Гриша, — проговорила Мария Григорьевна. — Кулаки злы, как волки!..
…Стук усилился. Гриша увидел под тутовым деревом три человеческие фигуры. Пионер взобрался на забор и, чтобы не выдать себя, плотно прижался к камням.
— Яма уже глубокая. Опускайте мешок, — услышал он знакомый голос Никола.
«Деньги прячут, — подумал Гриша. — Правильно говорил дядя Саркис, что кулаки и торговцы зарывают в землю серебро и золото.
Гриша вспомнил, как несколько дней тому назад Никол выгнал из лавки рабочего. Пионер сказал тогда ему:
— Разве можно так обращаться с людьми?
— Молчи, щенок! — заорал купец и ударил Гришу в лицо…
Шум и возня у стены продолжались.
Гриша тихонько соскользнул со стены w побежал в дом к Курбану Мамедову, чтобы сообщить о случившемся. Выслушав пионера, коммунисты Курбан Мамедов и Егиш Мартиросян сказали:
— Спасибо, Гриша. Ты поступаешь правильно.
Утром Никол был арестован. На суде он упорно отпирался: дескать, никакие деньги не прятал.
Вызвали Гришу.
— Да, я видел, как он вместе с Симоном и Арменаком зарывали мешок.
— Доносчик! — скрипнул зубами Никол, метнув на пионера злобный взгляд.
В мешке оказалось сто килограммов серебра. Никола судили. Его брат Алексан пригрозил Грише:
— Подожди. Мы за всё рассчитаемся с тобой.
— Молчи, кулацкий подлиза! Я не боюсь тебя!
Алексан сжал кулаки и молча ушёл.
Октябрь 1930 г. На высоких Гянджинских чинарах желтели листья.
Гриша по-прежнему активно работал в пионерском отряде.
Кулаки следили за каждым его шагом — они решили во что бы то ни стало отомстить за Никола.
Однажды Алексан сказал Армену с Симоном:
— Не позже завтрашнего дня надо покончить с Акопяном. Заманите его на кладбище и зажгите костёр. Это будет сигналом, что он там.
Действуйте!
Симон подкараулил Гришу, Акопян направлялся посмотреть поляну неподалёку от кладбища, где должны были проходить военные игры пионеров школы.
Подойдя к Грише, Симон сказал:
— На кладбище один купец зарыл деньги. Идём, покажу место.
— Не врёшь? — насторожился Гриша.
— Даю честное слово…
— А оно у тебя есть?
Симон с притворной обидой ответил:
— Я уже поссорился с Арменаком. Буду помогать коммунистам и комсомольцам разоблачать врагов Советской власти.
— Чем ты можешь доказать свою преданность нашему делу? — спросил Гриша.
— Чем-чем! — обиделся Симон. — Я же сказал тебе о зарытых деньгах! Пошли!
Акопян пошёл. По дороге он заметил, что. Симон угрюм и неразговорчив. Когда они пришли на кладбище, Гриша посмотрел на него в упор:
— Ну, показывай, где зарыты деньги?
Симон сделал несколько шагов:
— Забыл.
— Эх ты, растяпа! — обрушился на него Гриша.
Симон стал собирать сухие листья.
— Что ты хочешь делать? — с любопытством спросил Гриша.
— Костёр разжечь. Руки у меня озябли. Давай немного посидим, и я вспомню нужное место.
Они быстро разожгли костёр. Густой столб дыма поднялся к чистому осеннему небу. И вдруг… Гриша не поверил своим глазам: из оврага вышли Арменак и Алексан.
— Ага, пионер, попался! — прохрипел Алексан, подходя к Акопяну.
Глаза бандита налились кровью, лицо скривилось.
— Отойди! — попятился назад Акопян.
Но Арменак и Алексан схватили его за руку.
Увидев в руках озверевшего Алексана нож, Гриша стал звать на помощь.
— Молчи, большевик! — взревел Алексан.
Миша Нерсесян, пасший близ кладбища коз, видел, как бандиты убили Гришу. Миша побежал, чтобы сообщить о расправе над пионером.
Весть о гибели Гриши Акопяна с молниеносной быстротой облетела города Закавказья.
В Баку, Тбилиси и Ереване состоялись митинги. Народ требовал сурово наказать убийц.
Тысячи школьников Гянджи провожали в последний путь юного героя. Они знали, что их товарищ отдал свою жизнь за Советскую власть, за счастье людей.