Я закончила с рыбой. Для засолки требовалась тара, которой у нас избытка не наблюдалось. Я попросила плащ у Грозы и выбралась из домика. Было еще непоздно, но сумрачно из-за туч, скрывающих солнце. Не заходя далеко в лес, я нашла целую поляну копытня – растения с огромными листьями в форме подковы. В приюте мы летом наламывали его целыми бочками и квасили на зиму. Не то чтобы вкусно, но есть можно. С голодухи. «Сплошное здоровье», как убеждала нас директриса. И правда: у нас в приюте дети редко болели. С другой стороны, болезные до приюта не доживали. А те, кто сумел пройти через нищету, холод и голод, тому болезни не страшны.
Я нарвала листьев на палках-черешках и пошла назад. На пороге меня поджидал Пёс. Он опирался спиной на дверной косяк и стоял, скрестив ноги и сложив на груди руки.
– И где дрова? – поинтересовался он насмешливо.
– Так, дяденька Пёс, – я протиснулась мимо него и стряхнула плащ. Ну немного на него. Зато он сразу отскочил и встал по-человечески. – Я, дяденька Пёс, за листиками ходил. Рыбу на засолку сложить. У вас, кстати, веревки не найдётся?
Промытые и пересыпанные солью рыбины я уложила на листья, свернула их рулоном и перетянула бечёвкой. Прекрасно!
Пока меня не было, некоторые уже приложились к пиву, и разговоры стали громче. Я отошла в темный уголок, к нарам, и присела тихонько, чтобы не привлекать лишнего внимания. За окном стало совсем темно. А может, так казалось из освещенной очагом избушки.
Я сидела, не шелохнувшись, и даже немного задремала, когда рядом послышался шорох. Меня выдернуло из дремоты. Недалеко от меня стоял Ровняла и ощупывал мешок. Всё бы хорошо, но это были вещи Дикого.
– Дяденька Ровняла, – негромко окликнула его я.
Пожилой воин вздрогнул.
– Ну ты подкрался! – возмутился он.
– Дяденька, вы, наверное, спутали свои вещи. Это мешок командира.
– Тьфу ты! – он откинул мешок. – А свой я куда засунул?
– Не знаю, дяденька. Может, там? – я ткнула в другой конец лежака, где были свалены вещи.
– Благодарю, Скалёныш. Вот я бы опростоволосился на старости лет… – и он заковылял в противоположную сторону.
Глава 33. Пиппа
Ужин стремительно приближался. Я его ждала, особенно желудочной своей частью. Но выползать к шумному и уже подогретому пивом мужскому обществу было боязно. Именно сейчас я впервые в полной мере осознала всю шаткость и беззащитность своего положения. Когда нас окружали опасности, я была членом отряда, равной среди равных. Но теперь, в мирной пьянке, одна ошибка – я уже совсем не член. Тем более – отряда. Так, обманом напросившаяся на неприятности девица. Радовало только то, что единственным источником света был огонь в очаге, и выражение моего лица считать было затруднительно.
Такую вот страдающую меня нашел Шорька. Правда, подозреваю, он не столько искал меня, сколько просто хотел сбежать от общего внимания. Сначала, когда Пончик поделился с ним сахарком, он был вполне доволен. И когда его с ложки кормили почти готовой кашей. А вот когда Пончик от широты души попытался напоить его пивом, он начал возмущаться. Видимо, сухарик с пивом оказался не таким вкусным, как просто сухарик. Шорька возмущенно заверещал на подлых обманщиков и безошибочно нашел в темноте меня.
Вскоре меня позвали к столу. Небольшая порция гарнира добавила сытности нашей трапезе. Рыба удалась на славу. Она получилась сочной и нежной, и горчинка её совсем не портила. Даже шорёк оценил. В этот раз, оскорблённый предательством Большого Человека, он ел со мной. С трудом осилив последний кусочек, он заполз ко мне на колени, а после и вовсе спрятался за пазуху.
– А Скалёнышу что не наливают? – некстати проявил инициативу Пончик и, завладев моей кружкой, наполнил её пивом прежде, чем Дикий успел вмешаться.
– Не нужно ему, мелкий ещё, – всё же заявил он и попытался перехватить кружку, но в росте и реакции командир Пончику проигрывал.
– С чего? Это же пиво! Парень он или нет?! – влез в спор Пёс, ехидно поглядывая в мою сторону. Он, в смысле, что-то подозревает? – Боевое крещение с нами он прошел. Теперь ещё одно!
Он поднял свою кружку, приглашая стукнуться. Я читала, что этот обычай появился в стародавние времена, чтобы обменяться каплями напитков и доказать, что никто не замышляет зла. В данном случае, чуяло моё сердце, всё было наоборот, но я подняла кружку и стукнула ею о кружку Пса.