В какой-то момент деревья разошлись в стороны, открывая поля. Никто не скажет нам спасибо, если мы их затопчем, поэтому держались мы кучно. А вот цхерков совесть не останавливала, поэтому они скакали прямо по посевам. В темноте определить, что там росло, не представлялось возможным, но чего-то селяне недосчитаются.
Всего их было восемь. Цхерки напоминали наших хищников не только видом, но и повадками. Они загоняли дичь стаей, которой верховодил самый матёрый. Нет, его не было среди тех, кто преградил нам дорогу. Но сейчас, оглядываясь, я мог его различить по размерам. Он нацелился на Грозу. Тот представлял главную опасность, потому что бил на расстоянии и магически. По вою я определил момент, когда двое отстали. Шесть – лучше, чем восемь, но хуже, чем ни одного. Тем более что эти шесть стали в два раза злее.
Разбившись по парам, цхерки бросались на нас с трёх сторон, норовя куснуть сбоку. Я отправил Клыка и Ровнялу налево, сам с Псом занял оборону справа. При всём своём паршивом характере, Пёс был хорошим бойцом. Я пропустил его вперёд, объяснив себе, что беру более ответственный участок. Но позже понял, что просто не готов был доверить ему спину.
Вокруг было шумно от крепкого словца из уст воинов и воя из пастей цхерков. Я не вникал, как там дела у других, соображалось плохо и с трудом. Все силы сосредоточил на тварях. Дважды мне чудом удалось отбить покушение (в прямом смысле этого слова) на Верного. Один раз жертвой стала моя подмётка. Правая пятка обдувалась ветерком через прожжённую в портянке дыру, но подмётки не так жалко, как части ноги, так что всё обошлось.
Пока я думал о судьбе пятки, наша нечисть вдруг решила сконцентрировать удар на одной цели – Псе. Один прыгнул, метясь в воина, второй – в скакуна. И я не успевал его нагнать. Пёс мгновенно поднял лошадь на дыбы, нанося рубящий удар цхерку, который прыгал на него. А тот, кто метился в шею кобыле, полетел мордой в телегу. Кобылка с разгону въехала в него копытами, и мой Верный отплясал сверху. Только прежде нечисть успела дыхнуть пламенем на повозку. Борт объяло пламенем.
– Пончик, горим! – крикнул я.
Пипка оглянулась и встала с козлов:
– Я справлюсь! – заявила она и полезла в свой мешок. За покрывалом, как выяснилось.
– Нешьесс! – я напомнил про жеребца.
– Вы всерьёз?! – она врезала сложенным вчетверо полотнищем по языкам пламени. – Думаете, что он остановится?
Я, в общем-то, не думал. Особенно когда оставшийся целым цхерк вдруг решил сменить цель на более беззащитную, с его точки зрения. Пользуясь приёмом Пса, я поднял жеребца в свечку и обрушил на нечисть копыта Верного. Огонь не слушался, то стихая, то набрасываясь на сундуки.
– Пиво! – крикнул я, оглядываясь. Второму цхерку повезло больше, он мотал головой, но продолжал гонку.
– Что? – Удар покрывалом. – «Пиво»?
– Бочку пробивай, заливай! – Нечисть нагнала нас и попыталась повторить атаку, на этот раз целясь в ляжку Верного. Обучаемая.
– А оно не горит?
– Дура, что ли? – огрызнулся и понял, что проболтался. Но сделал вид, что это ни о чём.
Пипка тоже сделала вид, что ничего не поняла или просто решила не акцентировать внимание остальных. В конце концов, у всех было чем заняться, цхерки постарались. Вскоре послышалось шипение, и на лице осели капли с характерным запахом. Справилась.
Краем глаза я отследил движение, и уже с козел девчонка крикнула:
– Впереди село!
Это всё меняло. Мы не могли ставить под угрозу жизни невинных людей. Да и чем они реально могут нам помочь, сонные и безоружные?
Я дёрнул Верного за поводья, и он, пританцовывая, начал разворачиваться.
– Притормози! Скалёныш, гонишь в село, собирай помощь, если выйдет. Мы должны остановить цхерков здесь.
– Благородство своё засунь… – сбоку ко мне подъехал ко мне Пёс. – Плохое место, – заметил он, оглядываясь.
С тяжёлым стуком с повозки соскочил Пончик, вставая в авангард нашего отряда. Спрыгнул на землю Клык, лихим свистом отгоняя коня. Он прав, в лобовом столкновении конь – преграда, но слишком уязвимая. Я тоже спрыгнул. В ночном воздухе раздалось: «Н-но!», призывное ржание Нешьесса, уводящего за собой скакунов, и послышался перестук колёс по сухой дороге. Похоже, ливень зацепил только реку и рядом.
– Мне нужно время! – крикнул Гроза, погружаясь в транс, и его взяли в круг.