Накрыли во дворе дома старосты. Словно из ниоткуда возникли лавки и столы. Столы наполнились яствами, скамьи – празднующими. Пока хозяева являли на столы материализованное гостеприимство, мы занимались обустройством. После напряженной скачки коней чистили и холили сами воины. Даже Гроза, еле державшийся на ногах, даже Клык, перевязанный с ног до головы – каждый отдавал должное боевому другу. Мне досталась бесхозная Яблочная, и я старательно ее чистила и чесала, приучая к себе. Дикий прав: мало ли, как сложатся обстоятельства? Возможно, мне придется спасаться от врагов. А может, бежать от своих.
Командир наш не пожалел к початому бочонку еще один целый, и поселили нас в итоге почти по-королевски. Понятно, никакого постоялого двора в селе на отшибе не было. Нас разместили по домам на чердаках, полупустых по случаю начала лета. Я бросила вещи и пошла к столу – есть. Колбаска с томлеными в чугунке овощами порадовала желудок, но от пива я категорически отказалась, сказавшись усталой и сонной. На провокации не повелась, ответила, что пусть лучше меня считают кем угодно, чем завтра я обнаружу себя «спящим» лицом в тарелке, и потом весь оставшийся путь буду слушать веселые байки о том, что ещё чудно́го я вытворил(а) спьяну.
Однако забравшись на чердак, первым делом достала покрывало и спряталась под ним со светлячком и дневником мага. Очень интересно, всё же, чем таким закончилась эта история, что половина отряда не может успокоиться до сих пор.
«Силами магов двери в убежище удалось запереть. От чудовищных порывов ветра стены тряслись. Снаружи громыхал гром. Внутри было тихо. Молчали все. На лицах людей читался страх. Мы переглянулись с Роном. Вряд ли стихия разыгралась сама по себе. Когда мы входили, на горизонте не было ни облачка. Удивительное совпадение начала бури и конца нашего коллеги не выглядело случайностью. Чисто умозрительно подобный эффект мог проявляться при высвобождении магической энергии от разрушения артефакта. Только артефакт этот должен был обладать какой-то чудовищной, нереальной мощью. То есть существовать он мог только теоретически.
А вот буря снаружи разыгралась абсолютно реальная.
Об этом я подумаю потом. А сейчас нам следовало позаботиться о насущных потребностях: обустроиться на ночлег, приготовить еду, найти источник воды…
…Похоронить Мэтта.
Выбор места захоронения много времени не занял. Решили воспользоваться тем самым помещением, где всё случилось, лишь немного углубив пол. Атайнин активно участвовала в подготовке места погребения. Она заявила, что во избежание повторения несчастных случаев нельзя допустить, чтобы опасный предмет попал в неподготовленные руки. К подготовленным кроме своих магичка отнесла мои руки и руки Рона. Мы перебирали осколки, перетаскивая их в одну кучу под бдительным оком флаобки. Меаджин к нашему занятию отнесся с пониманием, но без фанатизма. Он взял на себя организацию быта. Варвар со странным акцентом неожиданно оказался одним из самых полезных участников экспедиции. И самым загадочным. Именно он обнаружил вход в Храм Науки. Благодаря ему Атайнин была вынуждена открыться. Он же предложил спрятаться в здании от песчаной бури, когда её ничто не предвещало.
Разбор помещения занял много времени. Чем ближе мы были к завершению, тем печальней казалась мне наша спутница. Даже не могу сказать, почему мне так чудилось. Это неуловимо сквозило в жестах, осанке, посадке головы. На мой вопрос она отмахнулась. Тоже, как мне казалось, огорчённо. Расширить углубление под могилу вызвалась она же. Боевик Рон пытался спорить, но я вынужден был встать на сторону девушки. Она знала об этом месте гораздо больше нашего. И не торопилась делиться информацией. Меаджин тоже был не прост. И только мы, считавшие себя великими умами, тыкались в неведении, как слепые котята.
Атайнин справилась с задачей совершенно бесшумно и очень быстро. Пол словно разошёлся в стороны. Её работа казалась причудливой смесью боевой и природной магии. Конвей оценил, цепким взглядом наблюдая за действиями флаобки.