{21 ...грамматическую ошибку. — По мнению, которому следует здесь Афиней, Аристарх и его последователи ошибочно приписали роль ведущего пляску акробатам, а не певцу, поменяв для этого в своих изданиях Гомера форму причастия «ведущий». Некоторые современные филологи разделяют точку зрения Афинея. См.: Valk Μ. van der. Researches on the Text and Scholia of the Iliad II. Leiden, 1964. P. 527ff; Forderer M. Der Saenger in der homerischen Schildbeschreibung // Synousia: Festgabe fuer W. Schadewaldt. Pfullingen, 1965. P. 23.}
... Пиерийские музы, богини,
Песнь завели, -
и у Архилоха:
И под флейту сам лесбийский завожу я мой пеан, -
и Стесихор называет Музу "зачинающей пенье", а Пиндар лиру - "водительницей хоров" [Пиф.1.4]. Диодор же, приверженец аристофановской школы, отнеся прибытие Телемаха к первым дням празднеств, выбросил весь рассказ о свадьбе, не сообразив, что торжества закончились накануне и за столом, по существу, доедаются остатки пиршества. К тому же Диодор принимает чтение с густым придыханием, "два прыгуна порознь (καθ' αυ̉τούς)", что совершенно безграмотно. Ведь гомеровская форма κατ' αυ̉τούς и означает порознь, по одиночке или по своей воле, ε̉αυτούς же есть неправильность.
10. Однако, как я уже говорил, всё это представление на скромном ужине Менелая является чужеродной вставкой, взятой из описания критского хора в "Изготовлении оружия" [Ил.ХVIII.590]: (181)
Там же Гефест знаменитый извил хоровод разновидный,
Оному равный, как древле в широкоустроенном Кноссе
Выделал хитрый Дедал Ариадне прекрасноволосой.
Юноши тут и цветущие девы, желанные многим,
Пляшут, в хор круговидный любезно сплетяся руками...
И далее Гомер к этим стихам прибавляет [603]:
Купа селян окружает пленительный хор и сердечно
[b] Им восхищается; громко перед ними певец вдохновенный
Пел и на лире звучал. Среди круга их головоходы,
С пением такт соглашая, чудесно вертятся в средине.
Собственно, пляска и, особенно, искусство акробатики присущи критянам. Поэтому и говорит [Эней] критянину Мериону [Ил.ХVI. 617]:
Скоро б тебя, Мерион, несмотря, что плясатель ты быстрый,
Скоро б мой дрот укротил совершенно, когда б я уметил!
Оттого и гипорхемы {22} зовутся критскими [Симонид]:
{22 Гипорхема — подвижный танец, сопровождавший песни в честь Аполлона.}
Критский в нем лад и молосский над ним гуд...
"Так называемые лаконисты, - пишет Тимей [FHG.I.201], - пели в [c] прямоугольных хорах". Кстати, музыкальные представления у эллинов бывали очень разными: у афинян, например, наибольшим почетом пользовались дионисийские и круговые хоры, у сиракузян - ямбические и вообще у каждого города свои. Аристарх же не только перенес в пир Менелая стихи, неподходящие спартанским обычаям и скромности царя, но, более того, выбросил певца из описания критского хора, изувечив стихи следующим образом: [d]
Купа селян окружает пленительный хор и сердечно
Им восхищается; два среди круга их головоходы,
Пение в лад заводя, чудесно вертелись в средине.
В результате ошибка в падеже стала неисправимой, так как "пение" теперь уже никак нельзя отнести к певцу.
11. А что вставка этого представления в сцену пира Менелая совершенно неуместна, ясно из того, что весь он проходит в междоусобной беседе, к тому же ничего не говорится ни об имени певца, ни о песне, [e] которую он пел; Телемах же и его спутник не уделяют ему никакого внимания, но, похоже, осматривают зал, погруженный в тишину и покой, - и было бы совершенно неправдоподобно, будто сыновья разумнейших сыновей Одиссея и Нестора - такие невежи, что не обращают никакого внимания на устроенное для них представление. Ведь сам Одиссей с интересом наблюдал за плясками феаков [Од.VIII.264]:
... с наслажденьем
[f] Легкость сверкающих ног замечал Одиссей и дивился... -
хотя многое лежало у него на сердце, так что он мог сказать [Од.VIII.154]: Мне не до игр: на душе несказанное горе...
И разве не был бы глуп и нелеп Телемах, под звуки музыки и прыжки акробатов склонившийся к Писистрату, чтобы обсудить достоинства посуды? [Од.IV.70] (182) А ведь Гомер, подобно превосходному живописцу, изображает Телемаха во всём похожим на отца. Во всяком случае, их обоих узнают по слезам: одного при дворе Алкиноя [Од.VIII.521], другого при дворе Менелая [Од.IV.113].
12. В эпикуровском же "Пире" стоит гам льстецов, поющих друг другу хвалу; в "Пире" Платона, напротив, - сборище забияк, постоянно кого-нибудь задирающих; о речах Алкивиада и не говорю.