Пиргион пишет в третьей книге "Критских обычаев" [FHG.IV.486], [e] что на своих общих трапезах едят критяне сидя; {35} что сироты получают пищу без приправ, что самые младшие стоят, прислуживая у столов; что после безмолвного возлияния богам вся поставленная снедь делится поровну; и что сыновьям, сидящим у ног своих отцов, дается половина взрослой доли, сиротам же полная взрослая доля, однако, по обычаю без приправ. Были у них и специальные кресла для гостей, а третий стол по [f] правую сторону от входа в андрейон назывался "столом Зевса Гостеприимца", или гостевым.
{35 ...едят критяне сидя... — В противоположность античному обычаю возлежать во время пира.}
[Персидские пиры]
23. Сравнивая эллинские пиры с персидскими, Геродот пишет [I.133]: "Самым большим праздником каждого человека у персов признается день рождения. В этот день они считают нужным устраивать более обильное, чем в другие дни, угощение. Люди богатые тогда подают на стол целиком зажаренного в печи быка, осла, коня, или даже верблюда, а бедные лишь (144) мелкий рогатый скот. Обеденных яств у них немного, {36} зато потом много закусок одна за другой. Поэтому персы говорят, что эллины встают из-за стола голодными, так как у них после обеда не подают ни одного стоящего блюда. Если бы у эллинов подавались закуски, то они бы ели не переставая. Персы - большие любители вина. В присутствии других людей у них не принято извергать пищу и мочиться. Эти обычаи персы строго [b] соблюдают. Во хмелю они обычно обсуждают самые важные дела. Решение, принятое на таком совещании, на следующий день хозяин дома еще раз предлагает гостям уже на трезвую голову. Если они и трезвыми одобряют это решение, то так и поступают. И наоборот: решение, принятое трезвыми, они еще раз обсуждают во хмелю". {37}
{36 Обеденных яств у них немного... — Подразумевается, что персы изнежены и почти не едят «основную еду», хлеб, а ведут жизнь опсофагов (см. примеч. 27 к кн. IV), поглощая одно лакомство за другим не из-за голода, а из-за своего чревоугодия.}
{37 ...обсуждают во хмелю. — Здесь речь идет о ритуальных оргиях, а не о бытовых попойках. Согласно «Авесте», опьянение персов некоей «златоцветной хаомой» дарует «всестороннее знание».}
24. Ксенофонт же в "Агесилае" пишет о роскоши персидских царей так [9.3]: "Для персидского царя его люди обегают все земли, разыскивая ему самые лучшие вина; десятки тысяч трудятся, приготовляя ему самые [c] вкусные блюда; трудно рассказать, как хлопочут, чтобы он задремал. Напротив, для Агесилая любовь к труду сделала приятным любой попавшийся напиток, любую случайную пищу, любое ложе годилось ему для спокойного сна". А в сочинении "Гиерон", рассуждая о роскошном столе тиранов и пище частных граждан, он пишет так [I.17]: " - Мне прекрасно известно, Симонид, - сказал он, - что большинство считает, будто питье и еда нам вкуснее, чем простому народу: это потому что им кажется, будто они гораздо охотнее съели бы наш обед, нежели состряпанный в их [d] собственном дому. Ведь приятно бывает именно непривычное. Однако по той же причине тиранам незнакомо приятное предвкушение праздников: столы у них всегда ломятся от лакомств, и праздник не добавляет ничего нового. Итак, вот первое, в чем положение обывателя выгоднее, чем тирана, - надежда на лучшее. Затем, - продолжил он, - ты, конечно, знаешь, что чем больше кто-нибудь предается излишествам в еде, тем скорее наступает пресыщение. Так что и продолжительность наслаждения у [e] изобильного бывает короче, а у скромно живущего дольше. - Зато, клянусь Зевсом, - сказал Симонид, - пока это им по душе, питающиеся роскошна наслаждаются куда больше, чем питающиеся простой пищей".