{92 ...в архонство Каллия... — 406 — 405 тс. Битва произошла в сентябре 406 г.}
[b] 59. И это еще не все. Возьмем диалог "Протагор". Речь в нем идет о повторном приезде Протагора, произошедшем несколько дней назад {93} [309d], причем упоминается, что после смерти Гиппоника Каллий унаследовал его состояние. Этот Гиппоник в архонтство Эвтидема {94} был вместе с Никием поставлен командующим в битве против жителей Танагры и помогавших им беотийцев и победил их. {95} Умер он, скорее всего, незадолго до постановки "Льстецов" Эвполида в архонтство Алкея: {96} из этой комедии видно, что [c] Каллий получил наследство лишь недавно. У Эвполида Протагор уже живет в Афинах; двумя же годами ранее у Амипсия в "Конне" {97} он еще не включен в хор "мыслителей". Ясно, что его приезд произошел в промежутке между двумя этими датами. Однако в "Протагоре" Платон изображает и элидянина Гиппия с несколькими земляками присутствующим в Афинах [314с, 315b], а это было бы небезопасно до заключения годичного перемирия в месяце [d] элафеболионе {98} в год архонтства Исарха {99} [Фукидид.IV.117-118]. Платон полагает, что беседа происходит вскоре после перемирия; и при этом говорит [327d]: "Если бы они были какими-нибудь дикарями вроде тех, что в прошлом году поэт Ферекрат вывел на Ленеях". {100} "Дикари" же были поставлены в архонтство Аристиона, {101} после которого был Астифил, четвертый после Исарха (при котором было заключено перемирие): ведь после Исарха [e] идут Аминий, Алкей, Аристион, Астифил. Следовательно, Платон в своем диалоге вопреки истории приводит их в Афины как граждан неприятельского государства, потому что срок [годичного] перемирия давно истек.
{93 ...о повторном приезде Протагора, произошедшем несколько дней назад... — См.: Платон. «Протагор». 309d; ср.: DK. 80А11.}
{94 ...в архонство Эвтидема... — Возможно, «Эвтидема» ошибочно вместо «Эвтина».}
{95 ...Гиппоник ... победил их. — См.: Фукидид. III. 91.4; Диодор. XII. 65. 3.}
{96 ...в архонство Алкея... — 422-421 гг.}
{97 ...у Амипсия в «Конне»... — «Конн» был поставлен в 423 г. на Великих Дионисиях.}
{98 ...в месяце элафеболионе... — Девятый месяц аттического года (в нашем марте-апреле). Ср.: Фукидид. IV. 117 сл.}
{99 ...в год архонства Исарха. — 424-423 гг.}
{100 ...дикарями... что в прошлом году поэт Ферекрат вывел на Ленеях. — «Дикари» Ферекрата были поставлены на Ленеях в 420 г.}
{101 ...в архонство Аристиона... — 421 — 420 гг.}
60. В других сочинениях Платон утверждает {102} [Платон."Апология Сократа".21а], будто Хэрефонт вопросил Пифию, есть ли кто-нибудь мудрее Сократа, и получил ответ: "никто". Однако Ксенофонт, и в этом противореча Платону, говорит [Ксенофонт."Апология Сократа". 14]: "Однажды Херефонт вопрошал обо мне бога в Дельфах, и Аполлон в присутствии многих изрек, что нет человека более справедливого и здравомысленного, чем я". В самом деле, разве может быть правдоподобным и убедительным, [f] чтобы всезнающий бог назвал мудрейшим из людей Сократа, который сам признавался, что ничего не знает? Ведь если мудрость в том, чтобы - "ничего не знать", то [божье] "всё знать" будет только глупостью. И что за нужда была Хэрефонту докучать божеству расспросами о Сократе? Тот и сам убедительно говорил, что не мудр. "И был бы глуп спросивший (219) бога о таком", например: "бывает ли шерсть мягче аттической?", или "бывают ли верблюды выносливее бактрийских?", или "есть ли кто курносее Сократа?" Ведь божество едко смеется над такими вопросами; так, например, спросившему (был ли это баснописец Эзоп или кто другой):
{102 В других сочинениях Платон утверждает... — Возможно, с этого места до 221а продолжается фрагмент, взятый у Геродика из Селевкии.}
Как бы мне разбогатеть, расскажи, сын Латоны и Зевса, -
был дан издевательский ответ:
Коль завладеешь срединой Коринфа и Сикиона.
61. А уж того, что наговорил о Сократе Платон, о нем не назлословил [b] ни один сочинитель комедий: что он был сыном "суровой" повитухи ["Теэтет".149а], что сварливая Ксантиппа выливала ему на голову помои, {103} что он переспал под одним плащом с Алкивиадом ["Пир".219b], - уж это должно было быть высмеяно хотя бы тем же Аристофаном, который присутствовал на платоновском "Пире" при рассказе Алкивиада. Аристофан столько обличал Сократа в развращении юношества, что непременно здесь поднял бы шум. Но вот что мудрая Аспасия, обучавшая риторике Сократа, говорит в стихах, сохранившихся под ее именем и [c] процитированных учеником Кратета Геродиком:
{103 ...выливала ему на голову помои... — У Платона об этом нигде не говорится.}
Друг мой Сократ, я вижу твое разбитое сердце:
Сын Диномахи и Клиния в том виноват. Но послушай,