[f] 25. Были и другие любители рыбы. Как рассказывает Гегесандр, {63} поэт Антагор не позволял рабу поливать рыбу маслом, но только мыть ее. Он также пишет [FHG.IV.416]: "Когда царь Антигон увидел, как Антагор однажды в лагере, подпоясавшись, {64} варит угря, он спросил его: "Антагор, как по-твоему, если бы Гомер варил угрей, мог бы он воспеть подвиги Агамемнона?" Антагор отлично ответил: "А по-твоему, смог бы Агамемнон совершить свои подвиги, если бы всё высматривал, кто у него в лагере варит угрей?" В другой раз Антагор варил курицу и не хотел идти в баню, (341) опасаясь, что кто-нибудь из рабов отхлебнет бульона. Филокид сказал, что за этим присмотрит мать, но Антагор ответил: "Как же я могу доверить матери куриный бульон?""
{63 Как рассказывает Гегесандр... — Следующие истории о поэте Антагоре пересказывает также Плутарх («Застольные беседы». IV.4.668c-d).}
{64 ...подпоясавшись... — Чтобы не запачкать одежду.}
Живописец Андрокид Кизикский тоже был любителем рыбных блюд, как рассказывает Полемон, и дошел в своем сластолюбии до того, что на картине "Скилла" {65} с особой любовью написал рыб, ее окружавших.
{65 Скилла — мифическое чудовище с шестью головами и двенадцатью ногами, жившее в пещере по одну сторону узкого пролива, через который лежал путь Одиссея. По другую сторону пролива, напротив Скиллы, обитала Харибда. См.: Од.ХII.85-100.}
26. О дифирамбическом поэте Филоксене Киферском комедиограф Махон пишет так:
Как слышал я, поэт дифирамбический
Киферский Филоксен все блюда рыбные
[b] Любил самозабвенно и поэтому
Однажды в Сиракузах исполинского
Взял осьминога в два локтя и съел всего,
Лишь голову оставил. Тут же схваченный
Поносом жутким, чуя приближение
Кончины, он врача зовет. Тяжелого
Больного видя, тот сказал: "Послушай-ка,
Быть может, у тебя дела расстроены,
Устрой их побыстрее: через семь часов
[c] Умрешь". И Филоксен: "Давно дела мои
В порядке, врач: с благословенья божьего
Оставлю дифирамбы в полной зрелости,
В венках, сестрицам-Музам посвященными [...]
И будет Дионис им попечителем
Совместно с Афродитой. Растолковано
Всё точно в завещании. Но вот уже
Харон (что из "Ниобы" Тимофеевой {66})
{66 ...из «Ниобы» Тимофеевой... — Тимофей — лирический поэт; «Ниоба» — ном, в основу которого положен трагедийный сюжет (ср. примеч. 1 к кн. VI).}
Велит мне на ладью взойти не мешкая.
[d] Увы, зовет меня судьбина мрачная,
Ее же никому нельзя ослушаться,
Но чтобы при себе имел я всё свое,
Дай мне доесть от осьминога голову!"
И в другом месте:
Киферский Филоксен, как говорит молва,
Молил богов о шее в три локтя длиной:
"Чтобы как можно дольше я куски глотал
И чтоб вкушал все блюда одновременно".
Ведь и киник Диоген скончался оттого, что съел осьминога сырым, {67} и у [e] него раздулся живот. А еще о Филоксене пародист Сопатр пишет следующее:
{67 ...и киник Диоген скончался оттого, что съел осьминога сырым... — По Диогену Лаэртскому (VI.76), это одна из версий смерти знаменитого киника Диогена (другая — что он намеренно задержал дыхание и от этого умер); раннехристианские авторы не преминули использовать такой нелепый уход из жизни в своей полемике против язычества (Татиан. «Слово против эллинов». 2).}
Сидит ведь он меж порциями рыбными,
Любуясь видом Этны {68} живописнейшим.
{68 ...видом Этны... — Упоминание Сиракуз в отрывке из комедии Махона и Этны во фрагменте Сопатра свидетельствуют о том, что Филоксен, родом с Киферы (остров к югу от Пелопоннеса), жил и умер на Сицилии.}
27. Любителем рыбных блюд был и оратор Гиперид, как свидетельствует в "Делосе" комедиограф Тимокл. Рассказывая о бравших взятки у Гарпала, {69} он пишет [Kock.II.452]: [f]
{69 ...о бравших взятки у Гарпала... — См. примеч. 122 к кн. VI.}
- И Демосфен талантов пятьдесят забрал.
- Счастлив, когда ни с кем он не поделится!
- Мерокл еще присвоил много золота.
- Дающий глуп и счастлив получающий.
- Демон и Каллисфен уволокли свое.
- То были бедняки, и я прощаю их.
- Взял что-то также языкастый Гиперид.
- Ну он-то оживит торговлю рыбную:
(342) Он рыбоед и чаек всех сирийцами
Оставит. {70}
{70 ...чаек всех сирийцами / Оставит. — Сирийцы не ели рыбу. Ср. 346с-е.}
И в "Икарийцах" тот же поэт говорит [Kock.II.458]:
И рыбой реку Гиперид кишащую
Ты перейдешь. Она встречает каждого
Вступающего самым сладким голосом,
Потом бурлит, хвалясь своей разумностью.
Потом твердит одно и то же взад-вперед,
За взятку орошая поле давшего.