{202 ...на вес золота... — При переводе теряется игра слов: τα̉ργύριον («деньги», буквально — «серебро») — ε̉στ’ ι̉σάργυρον («драгоценны», буквально — «по цене серебра»). }
Повсюду деньги ценятся.
58. Очень мил у того же поэта в "Вертелоносцах" {203} молодой человек, называющий все угощения уменьшительными именами [Kock. 11.258: cp.311d]:
{203 Вертелоносцы — люди, несшие вертела со специальными, испеченными на них хлебами (ο̉βελίαι) во время дионисийских процессий.}
- Купи
Всего, но понемножку: и достаточно
Нам будет.
- Господин, скажи понятнее.
- Не пышно, но пристойно; всё, как требует
Благочестивость: хватит каракатички,
[b] Кальмарчика, а ежели и крабика
Захочет кто поесть, двоих достаточно
На стол их будет; забредают угрики
Из Фив к нам - их возьми, да куропаточку,
Вяхирьчика и петушка, так далее.
А зайчик забежит, так и его бери.
- Но как ты скуп!
- Ты слишком расточителен:
У нас довольно мяса.
- Разве кто-нибудь
Прислал?
- Нет, жертву совершила женщина:
Теленочком Вороны {204} пообедаем
{204 Ворона — прозвище гетеры Теоклеи.}
Мы завтра.
Точно так и скаредный Брюзга в одноименной комедии Мнесимаха [c] обращается к юноше, мотающему деньги [Коск.II.436]:
- Не предъявляй, молю я, непосильных просьб,
Жестоких и деньгами перегруженных, -
Ведь я родной твой дядя.
- Как же, боже мой,
Еще скромнее?
[d] - Как? А ты слова урежь
И обмани меня: рыбешкой рыб зови,
Пусть угощенье будет угощеньицем,
И погибать мне будет так приятнее.
59. Но раз уж я это процитировал, то скажи мне, дражайший Ульпиан, или вы, сыны словесников, что имел в виду Эфипп, когда говорил:
Теленочком Вороны пообедаем
Мы завтра.
Здесь заведомо что-то скрыто, и очень хотелось бы узнать, что".
И Плутарх ответил, что есть такая история, которую [e] рассказывают на Родосе, но сразу пересказать ее он не может, потому что читал слишком давно. "Однако я знаю одно место в "Ямбах" Феникса Колофонского, где какие-то люди собирают подаяние вороне; там сказано так:
Подайте, люди добры, ячменя горстку
Вороне нашей, аполлоновой дочке, {205}
{205 Вороне нашей, аполлоновой дочке... — Ворона считалась птицей Аполлона.}
Пшеницы миску, грошик иль кусок хлеба -
Чего кто хочет. Дайте, добрые люди,
Вороне из того, что под рукой вашей.
Она и соль возьмет, ворона соль любит,
[f] Кто даст сегодня соли горстку, тот завтра
Кусок отломит сот медовых. Эй, малый,
Дверь отвори! Уже услышал нас Плутос,
И девушка несет вороне смокв груду.
О боги, дайте ей вы всяких благ вдосталь,
Богатого пошлите, знатного мужа -
(360) Пускай отец понянчит на руках внука,
Пускай положит на колени мать внучку,
Чтоб и она хорошею женой стала.
А мне, куда б меня ни понесли ноги,
Всё под дверями буду петь с моей Музой,
И давшим и не давшим я прошу блага.
И в конце:
Всё, милые, чем закрома у вас полны,
Вороне дайте щедро хоть бы в день свадьбы.
Обычай есть давать ей всё, когда просит.
Так я пою. Что дашь, то и пойдет в пользу.
[b] Собиратели подаяния для вороны назывались коронистами, {206} как говорит Памфил Александрийский в трактате "Об именах", а песни их называются коронисмы, как сообщает Агнокл Родосский в "Коронистах". 60. А на Родосе обычай собирать милостыню назывался петь ласточку (χελιδονίζειν). Об этом сообщает Феогнид во второй книге "Родосских праздников": "Есть обычай собирать милостыню, который родосцы называют петь ласточку. Эти сборы происходят в месяце Боэдромий. {207} Это [c] название происходит от такого припева:
{206 ...назывались коронистими... — От слова κορώνη (ворона). Афиней единственный из древних авторов говорит об этом обычае, его источники не сохранились. Коронистов вскользь упоминает Плутарх («О доблести женской». 261d); из текста можно понять, что, если у Плутарха действительно имеется в виду обычай собирать подаяние для вороны, это было занятием мальчиков, еще не остригших волос. о редкости слова и обычая лишний раз говорит даваемая тут же этимология: Плутарх объясняет малопонятное слово, производя его от κόμη — «волосы».}
{207 Боэдромий (Бадромий) — месяц родосского календаря, соответствующий второй половине февраля — первой половине марта.}
Прилетела ласточка
С ясною погодою,
С ясною весною.
Грудка у нее бела,
Спинка черненькая.
Что ж ей ягод не даешь
Из дому богатого?
Дашь ли в чашке ей вина,
Сыру ли на блюдечке
И пшенички?
И от каши ласточка