{219 Вафли — см. 110а.}
Хищные птицы и псы бы его растерзали (κατέδαψαν).
[b] Пиршества (ευ̉ωχία) же называли так не от слова "питание" (ο̉χή), а от получаемого там хорошего настроения (ευ̉ 'έχειν). Участвующие в них, почитая божество и отдаваясь расслабляющему веселью (μεθιέντες), питье называли пьянством (μέθυ), дарующего же его бога {220} Мефимнеем, Лиеем, Эвием, Иэем, а человека, не замкнутого и не мрачного - веселым {221} [c] (ι̉λαρός). Поэтому они кричали "иэ! иэ!" (ι̉ή! ι̉ή!), чтобы божество сделалось милостивым {222} ('ίλεως); поэтому и место, где они этим занимались, называли священным (ι̉ερός). То, что 'ίλεως и ι̉λαρός означали одно и то же, видно из пьесы Эфиппа, озаглавленной "Купец"; об одной гетере там говорится следующее [Kock.II.254; ср.571е]:
{220 ...дарующего же его бога... — Далее следуют прозвища (эпиклезы) Диониса: Метимней (Μεθυμναι̃ος) — бог опьянения, Лией (Λυαι̃ος) — бог освобождающий, Эвий (Ευ̉ιος) — бог радостно кричащий (ευ̉άζω — испускать радостный вопль, от возгласа «эвоэ!», которым приветствовали Диониса), Иэй (’Ίήιος) — от радостного возгласа ι̉ή, который раздавался, прежде всего, на празднествах в честь Аполлона (ι̉ήιε παιάν).}
{221 ...веселым... — Связь междометия ι̉ή с ’ίλαρός (весельчак) — одна из народных этимологии, возводивших этот возглас, например, к глаголу «отпускать» — ’ίημι.}
{222 ...милостивым... — ι̉λαρός и ’ίλεως действительно имеют общую этимологию.}
Потом, входящего, -
Когда случится огорченным кто из нас, -
Приветливо похвалит, поцелуется
Не сжатыми губами, как целуются
Враги, но распахнув, как пьют воробушки,
Усадит и утешит, побеседует,
Развеселит (ι̉λαρόν), разгонит прочь немедленно
Его тоску и явит жизнерадостным ('ίλεων).
[d] 65. Представляя богов в человеческом образе, древние и празднества устроили соответственно человеческой натуре. Видя, что для человека невозможно противиться тяге к наслаждению и в то же время полезно и выгодно приучать его к порядку и умеренности, они установили сроки, чтобы принести жертвы богам, а потом разрядиться и отдохнуть. И каждый, веря в то, что боги сами сходят принять от них начатки плодов и возлияния, вел себя в их обществе почтительно. Недаром ведь у Гомера [Од.III.435,436]: [е]
Пришла и богиня Афина
Жертву принять.
И Посейдон [Од.I.22,25]:
Был в отдаленной стране эфиопов
Пышную тучных быков и баранов принять гекатомбу.
И Зевс [Ил.I.424]:
С сонмом бессмертных на пир к эфиопам отшел непорочным.
Ведь даже если присутствует человек, старший по возрасту и важный по облику, то при нем стыдятся сказать или совершить что-нибудь неподобающее; как говорит где-то Эпихарм:
[f] Но молчанье - благо, если лучший муж присутствует.
Вот почему, считая, что боги находятся поблизости от них, древние проводили свои праздники чинно и скромно. Поэтому не было у них в обычае возлегать на ложах, но "сидя вели они пир" [Од.III.471] и не напивались допьяна [Од.III.395]:
Все, сотворив возлиянье, испив по желанию сердца,
Каждый к себе возвратился, о ложе и сне помышляя.
66. Это только теперь иные, созвав на праздник друзей и домашних (354) будто бы для жертвоприношений богам, тут же принимаются ругать последними словами детей, браниться с женами, доводить до слез прислугу, пререкаться с окружающей толпой; им не хватает только сказать, приглашая на пир [Ил.II.381; ср. 420f]:
Ныне спешите обедать, {223} а после начнем нападенье, -
{223 Ныне спешите обедать... — Эти слова произносит Агамемнон, обращаясь к войску ахейцев.}
забыв сказанное автором "Хирона", будь то Ферекрат, или Никомах - ритмолог, или кто-либо другой [Kock.I.193]:
Если на пир изобильный зазвал ты любезного мужа,
[b] Не негодуй на его присутствие: так поступает
Зло затаивший в душе; но в сердце храни безмятежность
И весели его.
Нынче же этих стихов вовсе не помнят; зато вызубрили идущие после них - они пародируют приписываемые к Гесиоду "Великие Эойи": {224}
{224 ...«Великие Эойи»... — Далее неясность в тексте. Гесиод известен как автор ряда поэм, в их числе «Труды и дни» — собрание рекомендаций практического характера по земледелию и ведению хозяйства — и «Эойи» (дошла во фрагментах) — о женах героев. Кроме того, сохранились незначительные фрагменты так называемых «Больших (или Великих) Трудов» и так называемых «Больших (или Великих) Эой». Приведенный здесь отрывок скорее можно принять за пародию на «Великие Труды», чем на «Великие Эойи», — откуда «και μεγάλων «Εργων» («и Великие Труды»), опущенное в переводе.}