И Эфипп в "Герионе" [Коск.II.252]:
И платят больше взноса сборной трапезы.
Точно так же говорили "собирать" (συνάγειν) в значении "пить друг с другом" и "сходка" (συναγώγιον) в значении "попойка". Менандр в "Сжигаемой" [Коск.III.46]:
И потому сейчас по одиночке пир (συνάγουσι κατά μόνας).
И продолжает:
[d] Он за попойку (συναγώγιον) уплатил.
Возможно, здесь имеется в виду складчинный обед. А какие это складчинные взносы, проясняет в следующих стихах из "Мандрагорщицы" Алексид [Коск.II.349]:
- Тогда пойду с тобой и взносы понесу.
- Какие взносы?
- Ленточки халкидские,
Флакончики из алебастра {233} взносами
{233 Ленточки халкидские, / Флакончики из алебастра... — Ленточки (повязки) и флакончики из алебастра были частью ритуала жертвоприношения.}
Зовутся. Эх, ты, старая!
Однако у аргосцев есть и другие слова - это отмечает в "Записках" Гегесандр [FHGJV.419]: "Складчину, собираемую пьющими на пирушку, [e] аргосцы называют χών (куча), а часть каждого они называют αίσα (доля)".
69. Друг мой Тимократ, так как достигла конца и эта книга, самое время прекратить наш разговор, чтобы кто-нибудь не подумал, что и мы, согласно Эмпедоклу, {234} были некогда рыбами. Ибо сказано у естествоиспытателя:
{234 ...согласно Эмпедоклу... — Те же строки из поэмы «Очищения» цитирует Диоген Лаэртский (VIII.77).}
Был уже некогда отроком я, был и девой когда-то,
Был и кустом, был и птицей и рыбой морской бессловесной.
Конец книги восьмой
Книга девятая
{1}
{1 В тридцатикнижной редакции здесь начиналась шестнадцатая книга. Зоологическая терминология дана в редакции В. П. Карпова (Аристотель. «История животных». М., Издательский центр РГГУ, 1996).}
(366) Снова начнем пировать; для умытия рук подадут нам
Светлой воды, а наутро опять разговоры начнутся [Од.IV.214]
у меня и у тебя, Тимократ.
Когда нам принесли окорока, кто-то поинтересовался, мягкие (τακεραί) ли они. И Ульпиан отозвался на это: "У какого автора слово τακερόν встречается в значении мягкий? И кто назвал горчицу словом να̃πυ вместо σίναπυ? Ибо я вижу, что горчицу эту принесли в чашечках вместе с окороком. Я говорю "окорок" в мужском роде (ο̉ κωλεός), - мне известно, что существует и такая форма, и вовсе не обязательно говорить только в женском (η̉ κωλη̃), как делают коренные афиняне". Например, Эпихарм в "Мегарянке" говорит [Kaibel 107]: "Колбаса (ο̉ρύα), сырочек, [b] окорока (κωλεοί), позвонки. А поесть-то нечего". И в "Киклопе" [Ibid. 105]:
О Зевс, нежны колбасы (χορδαί), нежен окорок (κωλεός).
Можете позаимствовать у меня, о мудрейшие, также и то наблюдение, что Эпихарм называет здесь колбасу χορδή, тогда как в других местах он всегда называет ее ο̉ρύα. Кроме того, я вижу, что в других закусках соль подслащенная, наши же киники признают соль только самую горькую; один из них, говорит у Антифана в "Котомке" следующее [Kock.II.66]:
- Из блюд морских на каждый день имеется
[с] У нас лишь соль, - все из-за этой пошлины.
.................... их запиваем мы
Винишком, Зевс свидетель мне, прилаженным
К унынью, в этом доме заведенному.
- Что хочешь ты сказать "вином прилаженным"?
- Годящимся, чтоб пить его не чашами, -
Из уксусников всем гостям тянуть его.
Вижу я и рыбный соус, смешанный с уксусом. Известно мне также, что в наши дни жители Понта готовят особый соус, называемый "кислым" (ο̉ξύγαρος).
2. Вызов принял Зоил: "Послушай, в "Женщинах с Лемноса" Аристофан [d] использует слово τακερόν в значении изысканный; пишет он так [Коск.I.486]:
Изысканные (τακερούς) Лемнос и красивые
Бобы рождает.
И у Ферекрата в "Бесплатном добре" [Ibid., 169]:
Сейчас же сделать мягкими горошины.
Σίνηπυ назвал горчицу Никандр Колофонский в следующем стихе поэмы "О действии животных ядов" [921]:
Тыкву, обитую медью, поистине, или горчицу (σίνηπυ).
И в его же "Георгинах" [frag.70. 16 Schneider]:
Зерна горчицы (σίνηπυ) кусачей.
И еще [frag.84 Schneider]:
Кардамон и анаррин, чернолистная с ними горчица (σίνηπυ).
Кратет в сочинении "Об аттическом диалекте" приводит следующий стих Аристофана [р.65 Wachsmuth]:
(367) (Смотрел горчицы (σίνηπυ) горше и лицо скривил.
Так утверждает Селевк в сочинении "Об эллинизме", однако стих этот принадлежит комедии "Всадники" и звучит следующим образом ["Всадники" 631]: "Смотрел горчицы (να̃πυ) горше". Никто из аттиков не называет горчицу σίναπυ, хотя этимологически возможны обе формы. С одной стороны, να̃πυ можно толковать как να̃φυ, {2} потому что она потеряла в росте (φύσις), - горчица ведь невелика и малоросла; такого же происхождения слово афия. {3} Σίναπυ, с другой стороны, вредит (σίνειται) своим запахом лицу (ω̃πας); поэтому и лук называется κρόμμυον оттого, что от него мы зажмуриваем (μύομεν) глаза (κόρας). Кроме того комедиограф Ксенарх говорит в "Скифянках" [Kock.II.472]: