57. Афиняне, как пишет Трифон [frag.5 Velsen], произносят слово [е] "павлин" как tahos (ταω̃ς), {95} с густым придыханием и облеченным ударением на последнем слоге. Так написано в "Освобожденных от военной службы" Эвполида (цитата была приведена выше), в "Птицах" Аристофана [101]:
{95 ...произносят слово «павлин» как tahos (τα’ω̃ς)... — То есть вместо ταω̃ς.}
Эвельпид . Так ты - Терей? Что ж, птица, иль павлин? (ταω̃ς)
И еще [269]:
Эвельпид . Правда, птица! Любопытно, что за птица. Вдруг павлин? (ταω̃ς)
Говорят также и в дательном падеже ταω̃νι, как в той же пьесе Аристофана [884]. Однако в аттическом и ионийском наречии густое придыхание в последнем слоге неодносложных слов, начинающихся с гласной, - вещь совершенно невозможная. Здесь возможно только тонкое придыхание: {96} [f] νεω̃ς (храм), λεω̃ς (народ), Τυνδάρεω̉ς, Μενέλεω̉ς, λειπόνεω̉ς (оставляющий корабли), ευ̉νεω̉ς (богатый кораблями), Νείλεω̉ς, πρα̃ο̉ς (мягкий), υι̉ο̉ς (сын), Κει̃ο̉ς, Χι̃ο̉ς, δι̃ο̉ς (божественный), χρει̃ο̉ς (полезный), πλει̃ο̉ς (полный), λει̃ο̉ς (гладкий), λαιο̉ς (левый), βαιο̉ς (малый), φαιο̉ς (серый), πηο̉ς (свойственник), γόο̉ς (плач), θοο̉ς (быстрый), ρόο̉ς (течение), ζωο̉ς (живой). Действительно, густое придыхание, любящее по природе своей находиться во главе слова и предводительствовать, никак не может прятаться в его конце. (398) Назван же так павлин (ταω̃ς) из-за густоты (τάσις) оперения. Селевк пишет в пятой книге "Об оборотах греческого языка": "Павлин (ταω̃ς); ни с чем не сообразно произносят это слово аттики, ставя на нем густое придыхание и облеченное ударение. Обычно ведь густое придыхание стремится к начальным гласным слов и, спешит туда со всех ног, не удерживаясь внутри слова, а вылетая наперед. Поэтому афиняне, судя о его природе по его положению, ставят его знак не над буквами, как другие знаки, а перед буквами. Кажется, древние [b] обозначали густое придыхание также при помощи буквы Н: потому-то и римляне в начале всех слов с густым придыханием пишут букву Н, в знак ее ведущей роли. И если такова природа густого придыхания, то можно сказать, что на последнем слоге в слове "павлин" оно у аттиков совершенно неуместно".
{96 ...тонкое придыхание... — То есть не νε’ω̃ς (храм), λε’ω̃ς (народ) и т.д.}
58. Немало было и других замечаний о каждом новом блюде, но тут слово взял Ларенсий: "Я тоже, по примеру нашего всесовершенного Ульпиана, предложу вам предмет для обсуждения, - нас ведь хлебом не корми, а только дай дознаться, - как вы полагаете, что такое [c] тетракс (τέτραξ)?" {97} И когда кто-то ответил: "Это - вид птицы", (у грамматиков ведь есть привычка всем и обо всем отвечать: "это вид растения, это вид птицы, это вид камня"), Ларенсий продолжил: "Даже я, о, лучший из мужей, знаю, что милейший Аристофан упоминает эту птицу в "Птицах" [ст.884]: "Красной лысухе, и дятлу, и пелекину, и флексиде, {98} и тетраксу, и павлину". Я же хочу узнать от вас, упоминает ли об этой птице и еще кто-нибудь. Александр Миндский, например, во второй книге своего трактата "О крылатых животных" упоминает не о крупной [d] птице тетракс, а только о какой-то очень маленькой птичке: "Тетракс ростом с грача, окрас его цвета глины с грязными пятнами и широкими полосками; питается он плодами. Откладывая яйца, он квохчет (τετράζει)". Также Эпихарм в "Свадьбе Гебы" [Kaibel 99; 65b]:
{97 что такое тетракс (τέτραξ) ? — Предположительно, глухарь.}
{98 Пелекину, флексиде. — Неизвестны.}
...Ведь берущему
Перепелок, воробьишек, жаворонков, что в пыли
Обожают искупаться, тетраксов, что семена
Поедают, да блестящих пеночек смоковничных...
И в другом месте [Kaibel 99; 65b]:
Также было много цапель длинно-шее-выгнутых,
Тетраксов, что семя ищут.
Вы молчите, вам нечего сказать, - поэтому я сам представлю вам эту птицу. Исполняя в Мезии должность прокуратора Его Императорского Beличества {99} [e] и будучи во главе тамошних дел, видел я эту птицу во вверенной мне провинции. Узнав, как называют ее мезы и пэоны, я вспомнил, что встречал это слово у Аристофана. Я был уверен, что и многоученый Аристотель удостоил это животное упоминания в своем драгоценном трактате (говорят ведь, что Стагирит получил от Александра Македонского восемьсот талантов на исследование животных), но не нашел о нем [f] ни одного слова и поэтому был рад, что имею достойным свидетелем милейшего Аристофана". При этих словах слуга внес в залу тетракса в плетеной корзинке. Он был больше самого крупного петуха, видом же был похож на красную лысуху; как у петуха, с двух сторон головы под ушами свисали у него сережки, голос же был низкий. Пока мы дивились (399) яркому оперению птицы, она была быстро приготовлена и подана к столу. Мясо ее было похоже на страусиное, которое мы тоже здесь не раз отведывали.