{9 ...говоря словами Ксенофана Колофонского... — Ср. перевод А.С. Пушкина:
Чистый лоснится пол; стеклянные чаши блистают;
Все уж увенчаны гости; иной обоняет, зажмурясь,
Ладана сладостный дым; другой открывает амфору,
Запах веселый вина разливая далече; сосуды
Светлой студеной воды, золотистые хлебы, янтарный
Мед и сыр молодой — все готово; весь убран цветами
Жертвенник. Хоры поют. Но в начале трапезы, о други,
Должно творить возлиянья, вещать благовещие речи,
Должно бессмертных молить, да сподобят нас чистой душою
Правду блюсти: ведь оно ж и легче. Теперь мы приступим:
Каждый в меру свою напивайся. Беда не велика
В ночь, возвращаясь домой, на раба опираться; но слава
Гостю, который за чашей беседует мудро и тихо!
}
Чист ныне пол, и руки у всех, и килики чисты.
[d] Кто возлагает венки, свитые [всем] вкруг чела,
Кто благовонное миро протягивает в фиале,
Доверху полный кратер с увеселеньем стоит.
Есть и еще наготове вино - отказа не будет -
В амфорах, сладко оно, благоухает цветком.
А посредине ладан святой аромат источает,
Есть наготове вода - хладна, сладка и чиста.
[e] Поданы желтые хлебы, и стол, почтенья достойный,
Обремененный стоит сыром и медом густым.
Жертвенник, весь утопая в цветах, стоит посредине,
Пеньем охвачен весь дом и ликованьем гостей.
Надобно бога сперва воспеть благомысленным мужам
В благоговейных словах и непорочных речах,
А возлиянье свершив и молитву, да правду возможем,
А не грехи совершить - так-то ведь легче оно -
[f] Можно и выпить, но столько, чтоб выпив, самим воротиться
Без провожатых домой, коли не очень-то стар.
Тот из мужей достохвален, кто, выпив, являет благое:
Трезвую память свою и к совершенству порыв.
Не воспевать сражений Титанов или Гигантов,
Иль кентавров - сии выдумки прежних времен -
Или свирепые распри, в которых вовсе нет проку,
(463) Но о богах всегда добру заботу иметь.
8. И милейший Анакреонт говорит [frag.94]:
Я не люблю, кто за чашей, упившись не в меру, заводит
Речь про жестокую брань кровопролитной войны, -
Лучше тот, кому дали дары Афродита и Музы, -
Их сочетая в себе, радостен он на пиру.
А Ион Хиосский говорит [frag.2]:
[b] Слава тебе и привет, наш отец, повелитель, спаситель!
Пусть виночерпии нам - слуги кувшин принесут,
В кружках смешают вино серебряных, а золотую
Чашу кто держит в руках, пусть ее на пол прольет.
С чистой душой возлиянья творя вам, потомки Персея, -
Прокл, Алкмена, Геракл, - мы от Зевса начнем,
[с] Будем пить и шутить; пусть всю ночь не кончается песня;
Кто-нибудь пляску начнет; празднуй, как хочет душа!
Если ж тебя еще ждет и красавица - ложа подруга,
Будешь сегодня ты пить радостней всех остальных.
Так же и знаменитые семь мудрецов вели свои беседы во время пиров, "потому что вино умеряет даже горечь старости", как пишет Феофраст в книге "Об опьянении" [frag. 120 Wimmer].
9. Вот почему, когда мы собираемся здесь для вакхических наших собеседований, то "никто не упрекнет нас, сущий в разуме", как сказано в "Тарентинцах" Алексида [Kock.II.377] {10} потому что
{10 ...«никто не упрекнет нас, сущий в разуме»... — Начало стихотворной строки Алексида включено Афинеем в прозаическое вступление.}
мы не наносим ближнему
Обиды никакой. Наверно, знаешь ты:
[d] Все то, что "жизнью" нами называется,
Есть лишь словцо, забавное прикрытие
Судьбы людской и доли человеческой?
Пусть люди скажут, прав ли я, не прав ли я,
Но к одному пришел я созерцанием:
Вся жизнь людская - просто сумасшествие.
Живущие, мы только удостоены
Отлучки некой, будто бы на празднество
Отпущены из царства мрака смертного,
Чтоб погулять и светом позабавиться.
И тот, кто больше всех весельем полон был
[е] И выпивал, пленялся Афродитою
То время, что судьбой ему подарено,
Попраздновал на славу и ушел во мрак.
И согласно прекрасной Сапфо [PLG.4 frag.5]:
Низойди, Киприда,
В золотые наши налей нам кубки
Для пиров веселых блаженный нектар
Смешанный с влагой -
друзьям, моим и твоим.
10. Всем этим порицателям {11} следует возразить, что обычаи питья бывают в каждом городе свои, как объясняет нам Критий в "Государственном устройстве лакедемонян" [FHG.II.68]: "Хиосцы и фасосцы пьют [f] за здравие по кругу слева направо из больших чаш [cм.152d], афиняне - по кругу слева направо из малых чаш, фессалийцы - из больших чаш, за кого пожелают; {12} но лакедемоняне пьют каждый из своей чаши, {13} раб же виночерпий им доливает, пополняя выпитое". О питье вкруговую слева направо упоминает и Анаксандрид в "Крестьянах" [Kock.II.135]: