— Что если лорд Нестор предпочитает честь превыше выгоды? — Петир обнял ее рукой. — Что если он жаждет правды и справедливости для убийцы его леди? — Он улыбнулся. — Я знаю лорда Нестора, дорогая. Думаешь, я позволил бы ему причинить вред моей доченьке?
«Я не твоя доченька», — подумала она. — «Я Санса Старк, дочь леди Кейтлин и лорда Эддарда, и родом из Винтерфелла». — Однако, она этого не сказала. Если бы не Петир Бейлиш, то вместо леди Лизы сама Санса вылетела бы в голубое небо и упала на камни в шестистах футах внизу. — «Он очень смелый». — Санса пожалела, что у нее самой не достает храбрости. Ей хотелось забраться в кровать и спрятаться под одеяло, и спать, спать, спать… С самого дня падения Лизы Аррен ей не удалось толком поспать ночью. — Но не могли бы вы сказать лорду Нестору, что я… нездорова или…
— Он пожелает услышать о гибели Лизы из твоих уст тоже.
— Милорд, если… если Мариллон расскажет что на самом деле…
— Если он солжет, ты имела в виду?
— Солжет? Ну да… если он солжет, и будет только мое слово против его, а лорд Нестор посмотрит мне прямо в глаза и увидит мой страх…
— Немного страха не помешает, Алейна. Ты стала свидетелем ужасного происшествия. Нестор будет тронут. — Петир внимательно посмотрел ей в глаза, словно увидел их впервые. — У тебя глаза твоей матери. Прекрасные и невинные. И голубые словно солнечное море. Когда ты станешь чуть старше, в них утонет множество мужчин.
Санса не нашлась, что на это ответить.
— Все что тебе нужно сделать, это рассказать лорду Нестору ту же историю, что ты поведала лорду Роберту. — Продолжил Петир.
«Роберт всего лишь маленький больной мальчик», — подумала она. — «А лорд Нестор уже взрослый мужчина, суровый и подозрительный». — Роберт был слаб и его нужно было защитить, даже от правды.
— Некоторые нуждаются, чтобы им солгали. — Уверил ее Петир.
— Когда мы солгали лорду Роберту, это было для его же пользы. — Согласилась она.
— А другая ложь пойдет на пользу нам. Иначе и ты и я выйдем из Гнезда через ту же дверь, что и Лиза. — Петир вновь взялся за перо. — Мы приготовим ему ложь и арборское золотое, а он проглотит его, и, обещаю тебе, попросит добавки.
«Он и для меня состряпал ложь», — поняла Санса. Однако это была утешительная ложь и, как она думала, благонамеренная. — «Ведь обманывать с хорошими намерениями не так плохо». — Если бы она только верила в нее…
Но больше всего ее волновали последние слова тетки, которые она произнесла перед смертью.
— Бред, — Отмахнулся Петир. — Моя жена сошла с ума, ты же сама видела. — Да, это так. — «Я всего лишь построила замок из снега, а она решила выпихнуть меня сквозь Лунную дверь. Петир спас меня. Он любил мою мать, и…»
И ее? Как она смеет сомневаться? Он же спас ее.
«Но он спасал Алейну, свою дочь», — тихо нашептывал ее внутренний голос. Но она в тоже время Санса… и иногда ей казалось, что и лорд Защитник не один, а два человека. Он был Петиром, ее защитником, теплым, умным и веселым… но в тоже время он был Мизинцем, лордом, которого она знала по Королевской Гавани, улыбавшийся лукавой улыбкой и наушничавший, поглаживая бороду, королеве Серсее. И Мизинец не был ей другом. Когда ее бил Джофф, за нее заступался Бес, а не Мизинец. Когда взбунтовавшаяся толпа хотела ее изнасиловать, ее спас и отвез в безопасное место Пес, не Мизинец. Когда Ланнистеры насильно выдали ее замуж за Тириона, ее утешал сир Гарлан Галантный, не Мизинец. Мизинец никогда даже мизинцем не пошевелил, чтобы ей помочь.
«За исключением того, что вытащил меня оттуда. Это он сделал для меня. Я думала, это сир Донтос, мой бедный, старый, пьяный Флориан, но это все время был Петир. Мизинец был просто маской». — Только порой Сансе было трудно определить, где заканчивается маска, и начинается человек. Что Мизинец, что лорд Петир выглядели очень похоже. Она бы, возможно, и рада была сбежать от обоих, но дело в том, что бежать-то было как раз некуда. Винтерфелл был разграблен и сожжен, Бран и Рикон — мертвы. Робб, вместе с их леди-матерью, преданы и убиты в Близнецах. Тирион приговорен к смерти за убийство Джоффри, и даже если она вернется в Королевскую Гавань, королева и ее голову обязательно снимет с плеч. Тетка, на которую она возлагала большие надежды и у которой пыталась найти защиту, сама попыталась ее убить. Ее дядя Эдмур в плену у Фреев, а дедушка Черная Рыба в осаде в Риверране. — «Мне некуда деться, кроме как остаться здесь», — печально размышляла Санса. — «И нет ни одного настоящего друга, только Петир».
Ночью мертвец пел «День, когда повесили Черного Робина», «Материнские слезы» и «Рейны из Кастамере». Затем он на какое-то время прервался, но едва Санса начала засыпать, он начал заново. Он спел «Шесть печалей», «Опавшие листья» и «Алисанну». — «Какие грустные песни», — подумала она. Когда она сомкнула глаза, ей привиделся он, сидевший в камере в дальнем углу от холодного черного неба, скрючившись под шкурой и прижав к груди арфу. — «Я не должна его жалеть», — одернула она себя. — «Он мерзкий и злой, и скоро умрет». — Ей его не спасти. Да и с какой стати пытаться? Мариллон пытался ее изнасиловать, а Петир спас ей жизнь и не один раз, а дважды. — «Иногда лгать необходимо». — Только ложь спасла ее в Королевской Гавани. Если бы она не лгала Джоффри, то его Королевская гвардия забила бы ее до смерти.