— Ты лорд Ботли по праву. — Уверила она его. — Когда я займу Морской Трон, все владения твоего отца будут возвращены.
— Как захочешь. Мне они не нужны. Ты так прекрасна в лунном свете, Аша. Взрослая женщина, но я помню тебя костлявой девчонкой с прыщавым лицом.
«Почему они всегда вспоминают про прыщи?» — Я помню тебя точно таким же. — «Хотя ты и не был столь ласков, как сейчас». — Из пяти ребят, которых привезла ее мать для воспитания на Пайке, после того как Нэд Старк забрал ее последнего оставшегося в живых сына к себе в заложники, Трис к Аше был ближе всего по возрасту. Он не был первым на свете, кого она поцеловала, но первым, кому она позволила расшнуровать куртку и сунуть свою влажную руку под рубашку, чтобы пощупать юную набухающую грудь.
«Если бы он был посмелее, я бы позволила и большее», — ее первое цветение пришло и пробудило в ней желание во время войны, но и прежде Аша была весьма любознательной. — «Он был там, был одного со мной возраста, он желал и этого было достаточно… этого и месячных». — Она бы назвала это любовью, пока Трис не начал разглагольствовать о детях, которых она ему родит, о дюжине сыновей, и, Ох! и Ах! о нескольких дочках. — Я не желаю дюжину сыновей, — шокированная, заявила она ему. — Я хочу приключений. — В скором времени мейстер Квален поймал их за играми, и юный Тристифер отправился к Блэктайду.
— Я писал тебе. — Сказал он. — Но мейстер Джосиран не отправил бы этих писем. Однажды я заплатил оленя одному из матросов с торговца, идущего в Лордпорт, он пообещал передать письмо лично в руки.
— Твой матрос надул тебя и выбросил письмо в море.
— Как я и боялся. Но никто не передавал мне и твоих писем.
«Это потому, что я не писала». — По правде, когда Триса отправили к Блэктайду, она вздохнула с облегчением. В какой-то момент их тисканье стало ее утомлять. Но скорее всего это совсем не то, чего бы он хотел услышать. — Аэрон Мокроголовый созвал вече королей. Ты пойдешь, чтобы проголосовать за меня?
— С тобой хоть на край света, но… лорд Блэктайд говорит, что это вече очень опасная причуда. Он считает, что твой дядя нападет на собравшихся и перебьет, как сделал Уррон.
«Да, он для этого достаточно безумен».
— У него недостаточно сил.
— Ты этого не знаешь. Он на Пайке собирает людей. Орквуды из Оркмонта привели к нему двадцать больших кораблей, а Косой Джон Майр еще дюжину. Левша Лукас Кодд тоже с ними. И Полуседой Харрен, Красный моряк, Кеммет Пайк Бастард, Родрик Свободный, Торвольд Чернозубый…
— Мелкие людишки. — Аша всех их знала. — Сыновья морских жен, внуки рабов. Кодды… ты знаешь их девиз?
— Ну и пусть нас все презирают, — ответил Трис. — Но если они и в самом деле поймают тебя в свои сети, ты будешь точно так же мертва, как если бы ты попалась повелителям драконов. И даже хуже. Вороний Глаз привез с собой с востока монстров… да, и колдунов тоже.
— Дядюшка всегда был неравнодушен к уродцам и шутам. — Ответила Аша. — Мой отец всегда с ним ругался по этому поводу. Пусть колдуны молятся своим богам, а Мокроголовый — нашим, и после их утопит. Так я получу твой голос на вече, Трис?
— Бери всего с потрохами. Я — твой, навсегда. Аша, я хочу жениться на тебе. Твоя леди-мать дала свое согласие.
Она тихо застонала: — «Тебе нужно было сперва поинтересоваться у меня… хотя тебе бы вряд ли понравился ответ».
— Теперь я не второй сын. — Продолжал он. — Я, как ты сама сказала, полноправный лорд Ботли. А ты…
— А кто я, будет решено на Старом Вике. Трис, мы больше не дети, которые тискались по углам, пытаясь посмотреть, что у другого в штанах. Ты думаешь, что можешь на мне жениться, но ты не можешь.
— Могу. Все мои мечты о тебе, Аша. Я поклялся на костях Нагга, что не прикоснусь к другой женщине.
— Так пойди и прикоснись к другой… или к двум, или к десяти. Я знала столько мужчин, что не могу сосчитать. Кого-то касалась губами, кого-то своим топором. — Она отдала свою добродетель в шестнадцать красивому блондину-матросу с торговой галеры родом с Лиса. Он знал всего шесть слов на общем языке, но среди них было слово «трахаться», и ей этого было достаточно. В конце концов, у нее хватило ума найти лесную ведьму, которая научила ее как варить лунный чай чтобы сохранить живот плоским.
Ботли моргнул, словно не понял, что она сказала.
— Ты… Я думал, что ты ждала. Почему… — Он закусил губу. — Аша, тебя вынудили?
— Так принуждали, что я разорвала на нем тунику. Ты не захочешь на мне жениться, поверь мне на слово. Ты славный мальчик и всегда им был, но я вовсе не примерная девочка. Если мы поженимся, очень скоро ты меня возненавидишь.