Отличный боевой конь. Но удовольствием ничто не сравнится с галопом на энергичной молодой кобылке. — Она подарила ему улыбку и сжала руку. — Скажи мне правду. Ты находишь нашу малышку королеву милой?
Сир Осни с подозрением на лице отстранился.
— Нахожу. Для девочки. Но я предпочитаю зрелых женщин.
— А почему не обеих? — Прошептала она. — Сорви для меня маленькую розочку и ты увидишь, насколько я бываю благодарна.
— Маленькую… вы имеете в виду Маргери? — Весь пыл Сира Осни в штанах сразу увял. — Она же супруга короля. Разве Королевские гвардейцы не расставались со своей головой, соблазняя супруг королей?
— Это было много веков назад.
«Она была повелительницей, а не просто королевской супругой, и он потерял не только голову. Эйегон разрубал его кусок за куском и заставил женщину наблюдать за этим процессом».
Но Серсее вовсе не было нужно, чтобы Осни зацикливался на каких-то древних неприятностях.
— Томмен вовсе не Эйегон Недостойный. Не бойся, он поступит так, как скажу ему я. А хочу я, чтобы Маргери потеряла голову, а не ты.
Он застыл.
— Потеряла девственность, вы имели в виду?
— И это тоже. Если только что-то еще осталось. — Она снова провела пальцами по шрамам. — Или ты думаешь Маргери останется равнодушной к твоему… шарму?
Осни обиженно посмотрел в ответ.
— Я ей очень нравлюсь. А ее кузины постоянно дразнят меня за мой нос. Какой он огромный и все такое. В прошлый раз это делала Мегга, а Маргери приказала ей остановиться и сказала, что у меня милое лицо.
— Значит, у тебя все в порядке.
— Значит так. — С сомнением согласился мужчина. — Но куда я отправлюсь после, если она… если я… после того как мы…?
— …сделаете дело? — Серсея одарила его колкой усмешкой. — Соблазнение королевы — это преступление. У Томмена не будет иного выхода, как отправить тебя на Стену.
— На Стену? — Встревожено произнес он.
Она едва смогла не рассмеяться.
«Нет. Лучше нет. Мужчины ненавидят, когда над ними смеются».
— Черный плащ прекрасно подойдет к твоим глазам и волосам.
— Со Стены еще никто не возвращался.
— А ты вернешься. Все, что тебе требуется — это убить мальчишку.
— Какого еще мальчишку?
— Бастарда и союзника Станниса. Он молод и зелен, а с тобой будет сотня мужчин.
Кеттлблэк был испуган, она это чувствовала, но он был слишком горд, чтобы показать свой страх. — «Все мужчины одинаковы».
— Я убил больше мальчишек, чем могу сосчитать. — Настойчиво продолжил он. — Когда мальчишка умрет, я получу королевское прощение?
— Его, и еще титул лорда в придачу.
«Если только братья Сноу тебя сперва не повесят».
— У королевы должен быть консорт. Кто-то, кто не ведает страха.
— Лорд Кеттлблэк? — На его лице медленно расплылась улыбка, а его шрамы налились огненным красным цветом. — Да. Мне нравится как это звучит. Могущественный лорд…
— …и подходящий для королевской постели.
Он нахмурился.
— Но на Стене холодно.
— А я жаркая. — Серсея обвила руки вокруг его шеи. — Переспи с девчонкой, убей мальчишку и я — твоя. Тебе достанет смелости?
Осни раздумывал всего мгновение перед тем, как кивнуть.
— Я твой.
— Да, сир. — Она его поцеловала, позволив ему слегка почувствовать вкус ее языка, прежде чем разорвать объятья.
— Пока достаточно. Остальное подождет. Ты будешь мечтать обо мне сегодня ночью?
— Да. — Прохрипел он.
— А когда будешь целовать нашу девицу Маргери? — Поддразнивая его, просила она. — Когда будешь в ней, все равно будешь мечтать обо мне?
— Буду. — Поклялся Осни Кеттлблэк.
— Хорошо.
После того, как он ушел, Серсея вызвала Джослин, чтобы причесать ее волосы. Пока та делала свое дело, она сбросила туфли и потянулась, как кошка. — «Я просто создана для подобных вещей», — подумала она. Больше всего ей нравилась элегантность решения. Даже Мейс Тирелл не посмеет вступиться за любимую дочь, если ее застукают с кем-то вроде Осни Кеттлблэка, и ни Станнису Баратеону, ни Джону Сноу и в голову не придет, что Осни отправится на Стену по какой-либо иной причине. Она устроит так, что застать своего брата с королевой должен будет сир Осмунд, и таким образом лояльность обоих братьев ей не будет подорвана. — «Если б только отец мог видеть меня сейчас, он бы десять раз подумал, прежде чем так быстро снова выдавать меня замуж. Как жаль, что он умер. Он и Роберт, и Джон Аррен, и Нед Старк, Ренли Баратеон. Все они. Остался только Тирион, да и то не надолго».
Этой ночью королева призвала к себе в спальню леди Мерривезер.