— Мой дядя брал меня сюда с Тиеной и Сареллой. — Воспоминания вызвали у Арианны улыбку. — Он ловил здесь гадюк и показывал Тиене безопасный способ добыть из них яд. А Сарелла переворачивала камни, затем сметала песок с мозаики. Ей хотелось побольше узнать о живших здесь прежде людях.
— А чем занимались вы, принцесса? — спросила Пятнистая Сильва.
«Я сидела за колодцем и представляла себе, что это какой-то рыцарь похитил меня и привез сюда, чтобы связать свою жизнь с моей», — вспомнила она. — «Он высокий и крепкий мужчина, с черными глазами и с вдовьим выступом волос на лбу». — Воспоминания вызвали неловкие ощущения. — Я мечтала, — ответила она, — и когда солнце скрылось, я сидела на коленях дяди и умоляла его рассказать сказку».
— У принца Оберина всегда наготове было множество историй. — В тот день Гарин тоже был с ними. Он был молочным братом Арианны, и они были неразлучны с тех пор, как научились ходить. — Я помню, в тот раз он рассказал о нам Принце Гарине, именем которого меня назвали.
— Гарин Великий, — вставил Дрей. — Чудо Ройна.
— Да, тот самый. Он заставлял Валирию дрожать.
— И они дрожали, — сказал сир Герольд, — а потом убили его. Если бы я отправил четверть миллиона людей на верную смерть, назвали бы меня за это Герольд Великий? — Он фыркнул. — Пожалуй, я лучше останусь Темной Звездой. По крайней мере это мое собственное прозвище. — Он вынул свой меч, сел на край иссохшего колодца и принялся править свой меч точильным камнем.
Арианна осторожно за ним наблюдала. — «Он достаточно благородного происхождения, чтобы стать достойным супругом», — размышляла она. — «Отец поставит под сомнение мой вкус, но наши дети будут прекрасны, как повелители драконов». — Если и был в Дорне мужчина красивее, ей он был неизвестен. Сир Герольд Дэйн обладал орлиным носом, высокими скулами, сильной челюстью. Он был всегда гладко выбрит, но его густые волосы ниспадали на его плечи как серебряный ледник, разделенный полоской цвета полночи. — «Однако, у него очень жесткий разрез губ, да и язык ужасный». — На фоне умирающего солнца, его глаза казались черными. Он сидел, натачивая сталь, но она видела их и с более близкого расстояния, и знала, что они были фиолетовые. — «Темно-фиолетовые. Темные и злые».
Он, должно быть, почувствовал ее взгляд, потому что поднял глаза, встретился с ней взглядом и улыбнулся. Арианна почувствовала, как запылало лицо. — «Мне не следовала его приводить. Если он бросит на меня подобный взгляд, когда здесь Арис, прольется кровь». — Чья именно, она не могла сказать точно. По традиции, королевские гвардейцы были лучшими рыцарями всех Семи Королевств… Но Темная Звезда был Темной Звездой.
В пустыне дорнийские ночи были холодны. Гарин собрал дров, выбеленные ветви деревьев, которые погибли от засухи сотню лет назад. Дрей, насвистывая, соорудил костер и высек искры огнивом.
Когда занялось пламя, они уселись вокруг костра, и пустили по кругу мех с летним вином… кроме Темной Звезды, который предпочел пить несладкую воду с лимоном. У Гарина было отличное настроение, и он развлекал их последними сплетнями Дощатого города в устье Зеленокровной, куда приплывали речные сироты торговать с карраками, когами и галерами из Узкого моря. Если верить морякам, восток был наводнен чудесами и ужасами: восстания рабов в Астапоре, драконы в Кварте, серая чума в Йи Ти. На Островах Василиска объявился новый пиратский король, который совершил набег на Город Высоких Деревьев. А в Квохоре взбунтовались последователи красных жрецов и попытались сжечь Черного козла. — И Золотая Компания разорвала контракт с Миром, едва мирийцы собрались идти войной на Лис.
— Их перекупили лиссенцы, — Предположила Сильва.
— Умные лиссенцы, — Сказал Дрэй. — Умные, малодушные лиссенцы.
Арианна знала больше. — «Если у Квентина есть за спиной Золотая Компания… Их клич: Под позолотой злой клинок. Тебе понадобятся мечи и очень много, братец, если ты попытаешься отпихнуть меня в сторону». — Арианну любили в Дорне, Квентина же почти никто не знал. И никакие наемники не могли это изменить.
Сир Герольд поднялся.
— Пойду-ка, отолью.
— Смотри куда идешь, — предупредил Дрэй. — Принц Оберин давно не добывал яд местных гадюк.
— Я был вскормлен на яде, Далт. Любая укусившая меня гадюка, об этом пожалеет. — Сир Герольд скрылся в разрушенной арке.
Когда он ушел, оставшиеся обменялись взглядами.
— Простите меня, принцесса, — сказал Гарин тихо, — но мне не нравится этот человек.