Петир Бейлиш дернул себя за бороду.
— Его лордству нужны приятели для игр, не могу не согласиться. Правда, Алейну трудно назвать старушкой. Лорд Роберт любит мою дочь, он сам вам об этом скажет. А что до прочего, то я обязательно попрошу лордов Графтона и Линдерли отправить мне под опеку своих сыновей. У каждого из них есть мальчик приблизительно одного возраста с Робертом.
Лин Корбрей рассмеялся.
— Щенки комнатных собачонок.
— Роберту нужны и мальчики постарше. Скажем, какие-нибудь способные сквайры. Кто-нибудь, кем он мог восхищаться и подражать. — Петир повернулся к леди Уэйнвуд. — У вас есть такой мальчик в Железном Дубе, миледи. Возможно, вы согласитесь отправить ко мне Гарольда Хардинга?
Анья Уэйнвуд выглядела изумленной.
— Лорд Петир, вы самый честный вор из тех, что мне приходилось встречать.
— Да не собираюсь я похищать вашего мальчишку! — Ответил Петир. — Но они с лордом Робертом могли бы стать друзьями.
Бронзовый Джон нагнулся вперед.
— Я согласен и только «за», чтобы лорд Роберт и Гарри могли стать приятелями, и так и будет… в Рунстоне, под моей опекой в качестве моего сквайра.
— Отдайте мальчишку. — Заявил лорд Белмор. — И можете беспрепятственно убираться на свое законное место в Харренхол.
Петир с упреком посмотрел в его сторону.
— А вы полагаете, что я прибыл сюда чтобы всем вредить, милорд? Не могу представить себе — почему? Моя покойная жена считала, что мое законное место тут.
— Лорд Бейлиш, — Сказала леди Уэйнвуд. — Лиза Талли была вдовой Джона Аррена и матерью этого ребенка, поэтому правила в качестве его регента. Вы же… будем честны, вы не Аррен и лорд Роберт не ваш сын. По какому праву вы хотите нами править?
— Лиза назвала меня лордом-защитником, мне казалось, вы помните об этом.
Младший Хантер вставил:
— Лиза Талли никогда не была своей в Долине, и не имела никаких прав от нас избавляться.
— И от лорда Роберта? — Спросил Петир. — Может, ваше лордство заявит, что леди Лиза не имела права избавляться от собственного сына?
Нестор Ройс до сих пор хранил молчание, но теперь он громко заявил о себе:
— Когда-то я тоже хотел получить руку леди Лизы. Как, кстати, и отец лорда Хантера и сын леди Аньи. Даже скупости Корбреев хватило на полгода. Если бы она выбрала одного из нас, никто здесь не стал бы оспаривать права другого называться лордом-защитником. Так вышло, что она выбрала лорда Мизинца, и препоручила заботу о своем сыне ему.
— Он еще и сын Джона Аррена, кузен. — Парировал Бронзовый Джон, хмуро посмотрев на Хранителя. — Он принадлежит Долине.
Петир притворился озадаченным.
— До сих пор Гнездо было частью Долины. Или его кто-то передвинул?
— Можете паясничать сколько вздумается, Мизинец! — взревел лорд Белмор. — Но мальчик должен пойти с нами.
— Мне жаль, но я вас разочарую, лорд Белмор. Мой пасынок останется здесь, со мной. Он нездоров, как всем вам отлично известно. Путешествие для него непосильная тяжесть. А как его приемный отец и лорд-защитник я не могу этого позволить.
Саймонд Темплтон прочистил горло и произнес:
— У каждого из нас внизу тысяча воинов, Мизинец.
— Там им и место.
— Если понадобится, мы соберем еще.
— Вы угрожаете мне войной, сир? — Петир нисколько не выглядел испуганным.
Бронзовый Джон сказал:
— Нам нужен лорд Роберт.
На какой-то момент казалось, что они зашли в тупик, пока лорд Корбрей не отвернулся от камина.
— Меня от всего этого тошнит. Если так будет продолжаться, Мизинец скоро заведет разговор о своих подштанниках. Единственный способ разбираться с им подобными — с помощью стали. — И он вытащил свой меч.
Петир поднял руки.
— У меня нет оружия, сир.
— Это легко исправить. — Свет свечей заплясал на дымчатой стали меча Корбрея, который напомнил Сансе Лед — двуручный меч отца. — Ваш пожиратель яблок при мече. Пусть он отдаст его вам, или свой кинжал.
Она заметила, как Лотор Брюн потянулся к мечу, но до того, как зазвенела сталь, заговорил Бронзовый Джон: