— Мой бывший супруг тоже очень любил лес. — В ранние годы после их свадьбы, Роберт всегда умолял ее составить ему компанию на охоте, но Серсея всегда отказывалась. Его охотничьи забавы позволяли ей провести немного времени с Джейме. — «Золотые деньки и серебряные ночки». — По правде, это был опасный танец. В Красном Замке повсюду глаза и уши, и никто не мог быть уверен, когда Роберту вздумается вернуться. Но каким-то образом опасность делала их совместное времяпровождение острее.
— Но под красивой маской может скрываться опасность. — Предупредила она маленькую королеву. — В этом лесу Роберт потерял жизнь.
Маргери улыбнулась сиру Лорасу. Это была братская улыбка, полная смелости.
— Ваше Величество очень добры, предупреждая меня об опасности, но мой брат отлично меня защищает.
«Иди, охоться!» — Кричала Серсея Роберту полсотни раз. — «Мой брат меня отлично защищает!» — Она вспомнила, что Таэна говорила ей ранее, и с ее губ сорвался смех.
— Ваше Величество так мило смеется. — Леди Маргери лукаво улыбнулась. — Не могли бы и мы посмеяться с вами над шуткой?
— Обязательно. — Пообещала королева. — Обещаю, тебе понравится.
Жнец
«Железная Победа» скользила вперед под боевую дробь барабанов. Ее таран легко разрезал зеленые морские волны. Корабль поменьше прямо по носу начал разворот, его весла отчаянно лупили по морской глади. На его знаменах развевались Розы. От носа до кормы на красных щитах красовались белые розы, а на верху мачты — золотая на травянисто-зеленом поле. «Железная Победа» врезалась в его борт с такой силой, что половина абордажной команды попадала с ног. Весла лязгнули и раскололись сладкой музыкой для ушей капитана.
Он перепрыгнул через планшир, приземлившись на палубу внизу, с развевающимся золотым парчовым плащом за спиной. Белые розы отшатнулись, как всегда поступали люди, впервые увидев перед собой вооруженного и в доспехах Виктариона Грейджоя. Его лицо было скрыто под шлемом в виде кракена. Они сжимали в руках мечи, копья и топоры, но на девяти из каждого десятка не было доспехов, а на десятом была всего-то кольчуга. — «Они не железнорожденные», — промелькнула мысль у Виктариона. — «Они боятся утонуть».
— Взять его! — Скомандовал какой-то человек. — Он один!
— ДАВАЙТЕ! — Прорычал он в ответ. — Попробуйте меня убить, если сумеете!
Воины роз обступили его со всех сторон, сжимая в руках серую сталь, но в их глазах горел ужас. Их страх был настолько осязаем, что Виктарион мог бы им напиться. Он взмахнул вправо и влево, отрубив первому руку по локоть, и разрубил плечо вместе с ключицей второму. Третий впечатал свой топор в мягкую древесину щита Виктариона. В ответ он ударил им в лицо глупца, сбил его с ног и зарубил, пока тот пытался подняться. Когда он вытаскивал топор из грудной клетки мертвеца, между его лопаток ударил наконечник копья. Было похоже, словно кто-то шлепнул его по спине. Виктарион развернулся и раскроил копейщику голову топором, почувствовав в руке отдачу, когда сталь пробила шлем, волосы и кость. Какое-то мгновение человек еще стоял, пока железный капитан не высвободил сталь, и он пошел по палубе на подкосившихся ногах, выглядя скорее пьяным, чем мертвым.
К этому моменту железнорожденные начали спрыгивать вслед за ним на палубу протараненного корабля. Он услышал как Вульф Одноухий с криком принялся за работу, заметил Рагнора Пайка в заржавевшей кольчуге, увидел Нута Брадобрея, бросившего метательный топор, который, крутясь в воздухе, вонзился в грудь врага. Виктарион зарубил другого, потом еще одного. Он бы убил следующего, но Рагнор успел первым.
— Отличный удар! — Поздравил его Виктарион.
Когда он обернулся, чтобы найти следующую жертву своему топору, он заметил вражеского капитана на другом конце палубы. Его белое сюрко было запачкано кровью и слизью, но Виктарион сумел разобрать на его груди герб — белую розу на красном щите. На своем щите мужчина нес тот же символ — белый цветок на красном поле.
— Эй, ты! — Заорал железный капитан через всю палубу, стараясь перекричать грохот бойни. — ТЫ, с Розой! Это ты лорд Южного щита?
Противник поднял забрало шлема под которым оказалось безбородое лицо.
— Его сын и наследник. Сир Талберт Серри. А кто ты, кракен?
— Твоя смерть. — Виктарион бросился ему навстречу.
Серри прыгнул ему навстречу. Его меч был из отличной сваренной в замке стали, и юный рыцарь умел заставить его петь. Его первый удар был слишком медленным, и Виктарион отразил его топором. Второй попал прямо по шлему железному капитану, который не успел закрыться щитом. Виктарион ответил боковым ударом топора. Его встретил щит Серри. Во все стороны брызнули щепки, и белая роза лопнула по всей длине с мягким сухим треском. Меч юного рыцаря, зазвенев о сталь, ударил его в бедро — раз, другой, третий. — «Паренек очень быстр», — понял железный капитан. Он ударил своим щитом в лицо Серри, отбросив его на планшир. Виктарион поднял топор и, вложив весь свой вес в удар, собрался раскроить мальчишку от шеи до пупка, но Серри успел вывернуться. Топор вонзился в ограждение, вызвав вихрь щепок, и застрял, как он ни пытался его вытащить. Палуба подкосилась под его ногами, и он упал на одно колено.