«Нет. Джейме не стал бы так поступать. Он поступал искренне. Он подарил мне меч и назвал его Верный Клятве». — В любом случае, это не имеет значения. Она обещала леди Кейтилин, что она привезет ее дочерей, и нет обещания сильнее, чем данное тем, кто умер. Младшая, судя по всему мертва, как объявил Джейме, а та Арья, что Ланнистеры направили на север, чтобы выдать ее за бастарда Русе Болтона, была фальшивкой. Остается только Санса. Бриенна обязана ее разыскать.
На закате она увидела костер у ручья. Подле него она заметила двоих мужчин, жаривших на вертеле форель. Их доспехи были сложены рядом под деревом. Один был старым, а второй помоложе, хотя и далеко не юнец. Младший поднялся, чтобы с ней поздороваться. У него был огромный живот, натянувший его довольно замызганный замшевый камзол без рукавов. Его щеки и подбородок покрывала всклокоченная неровная борода золотистого оттенка. — У нас есть форель, которой хватит на троих, сир. — Выкрикнул он.
Уже не впервые Бриенну принимали за мужчину. Она сняла большой шлем, освободив свои волосы. Они были светлыми, цвета грязной соломы и почти такие же ломкие. Длинные и тонкие локоны упали на плечи. — Благодарю вас, сир.
Межевой рыцарь посмотрел на нее настолько искренне, что она решила, что он сильно близорук. — Леди, не так ли? В доспехах и с оружием? Илли, великие семеро, вот это рост!
— Я тоже принял ее за рыцаря, — подтвердил его старший приятель, переворачивая форель.
Если бы Бриенна была мужчиной, то ее бы можно было назвать крупной, но для женщины — она была огромной. Странная — вот правильное слово, подходившее для описания ее жизни. У нее были широкие плечи и не менее широкие бедра. Длинные ноги и мощные руки. В ее груди было больше мышц, чем жира. Ее ладони были крупными, а ступни ненормально большими. И помимо прочего у нее была уродливая внешность с длинным лошадиным лицом и крупными зубами, которые не помещались во рту. Ей вовсе не хотелось, чтобы ей об этом напоминали. — Сиры, — начала она. — Не встречали ли вы по пути девочку три-на-десять лет? У нее голубые глаза и темно-рыжие волосы, и она может путешествовать в компании толстого краснолицего человека сорока лет.
Близорукий межевой рыцарь почесал в затылке: — Не припомню что-то такой девицы. А что это за темно-рыжие волосы?
— Красно-коричневые, — подсказал ему мужчина постарше. — Нет. Таких мы не встречали.
— Мы не видели такой, м'леди. — Ответил младший. — Давайте, спешивайтесь. Рыба почти готова. Вы голодны?
Она была голодна, это верно, но по-прежнему осторожна. Межевые рыцари имели плохую репутацию. — «Межевые рыцари и рыцари-разбойники — два значения одного слова», — так гласит пословица. — «Эти двое не выглядят опасными». — А могу я услышать ваши имена, сиры?
— Я имею честь быть сиром Крейгтоном Длинный Сук, о котором слагают песни, — ответил толстый. — Вы должны были слышать о моих подвигах на Черноводной. Мой товарищ — сир Иллифер Неимущий.
Если кто-то и сочинил песню о подвигах Крейгтона Длинный Сук, то Бриенна ее не слышала. Их имена значили для нее не больше, чем их оружие. На простом зеленом щите сира Крейгона верхняя часть была закрашена коричневым фоном и имелась глубокая зазубрина от боевого топора. На щите сира Иллифера был золотистый фон и нарисованная полоса горностаевого меха, хотя, судя по его виду, это был единственный герб, который он когда-либо на нем изображал. Ему было около шестидесяти. Его узкое морщинистое лицо было полускрыто под капюшоном залатанной груботканой мантии. На нем была кольчуга, но железо, словно веснушки, покрывали пятна ржавчины. Бриенна была на голову выше каждого из них, и что еще лучше — она была верхом, и лучше вооружена. — «Если я испугаюсь им подобных, то мне стоит сменять мой меч на пару вязальных спиц».
— Благодарю вас, добрые сиры, — ответила она. — Я с удовольствием разделю вашу форель. — Спрыгнув вниз, Бриенна расседлала свою кобылу и обтерла ее, прежде чем отпустить пастись. Она сложила свое оружие, щит и седельные сумки рядом с вязом. К этому времени форель уже дозрела. Сир Крейгтон подал ей рыбу, и она, скрестив ноги, уселась прямо на земле.
— Мы служим Сумеречному Долу, м'леди, — продолжил беседу Длинный Сук, руками разрывая форель на части. — Вы могли бы ехать с нами. Дороги нынче опасны.