Те, у кого ещё хватало сил, кричали ей вслед:
— Мать… пожалуйста, Мать… да благословят тебя боги, Мать…
«Да благословят меня боги, — горько думала Дени. — Ваш город — прах и кости, ваш народ вымирает. У меня нет для вас крова, нет лекарств, нет надежды. Только чёрствый хлеб и червивое мясо, засохший сыр и немного молока. Давайте, благословляйте меня, благословляйте».
Что это за мать, у которой нет молока, чтобы накормить своих детей?
— Слишком много мертвецов, — сказал Агго. — Их надо сжечь.
— Кто этим займётся? — спросил сир Барристан. — Кровавый понос повсюду, каждую ночь умирает по сотне людей.
— Нехорошо касаться мёртвых, — заявил Чхого.
— Это все знают, — в голос поддакнули Агго и Ракхаро.
— Может и так, но в любом случае это придётся сделать, — ответила Дени, немного поразмыслив. — Безупречные не боятся трупов. Я поговорю с Серым Червем.
— Ваше величество, — возразил сир Барристан, — Безупречные — ваши лучшие бойцы, мы не можем подвергнуть их риску заразиться. Пусть астапорцы сами хоронят своих мертвецов.
— Они слишком слабы, — заметил Саймон Полосатая Спина.
Дени сказала:
— Если дать им больше еды, они станут сильнее.
Саймон покачал головой.
— Не надо тратить еду на умирающих, ваша милость. У нас её и для живых не хватает.
Она знала, что он прав, но от этого было не легче.
— Мы проехали достаточно, — решила королева. — Накормим их здесь.
Она подняла руку. Телеги позади остановились, и всадники разъехались кругом, не давая астапорцам накинуться толпой на еду. Не успели они остановиться, как вокруг возникла давка, с каждой минутой становившаяся плотнее — всё новые и новые больные волочили ноги к телегам. Всадники отпихивали их назад.
— Ждите своей очереди, — кричали они астапорцам. — Не толкайтесь. Назад. Отойдите. Хлеб для всех. Ждите своей очереди.
Дени оставалось только сидеть и смотреть.
— Сир, — спросила она Барристана Селми, — разве мы больше ничего не можем сделать? У вас есть провизия.
— Провизия для солдат вашего величества. Быть может, нам придётся выдержать долгую осаду. Вороны-Буревестники и Младшие Сыновья могут беспокоить юнкайцев нападениями, но им не под силу отбросить врагов. Если бы ваше величество позволило мне собрать армию…
— Если нам придется все-таки принять бой, я предпочту принять его на стенах Миэрина. Посмотрим, как юнкайцы попытаются взять мои укрепления, — королева смотрела, что происходит вокруг. — Если бы мы делили еду поровну…
— …Астапорцы бы съели свою долю за считанные дни, а у нас осталось бы гораздо меньше провизии в случае осады.
Дени оглянулась на миэринские стены из разноцветных кирпичей. Воздух был наполнен мухами и плачем.
— Боги послали этот мор мне в назидание. Столько мертвецов… Я не позволю им есть трупы.
Она поманила к себе Агго.
— Езжай к воротам, приведи мне Серого Червя и пятьдесят Безупречных.
— Кхалиси, кровь твоей крови повинуется, — Агго ударил пятками по бокам лошади и поскакал прочь.
Сир Барристан смотрел ему вслед с плохо скрываемой тревогой на лице.
— Вам не следует тут больше задерживаться, ваше величество. Астапорцев накормили, как вы и приказывали. Мы больше ничего не можем сделать для этих бедолаг. Надо возвращаться в город.
— Возвращайтесь, если желаете, сир, я вас не задерживаю. Я никого из вас не задерживаю, — Дени соскочила с лошади. — Я не могу их исцелить, но, по крайней мере, могу показать, что Мать о них не забыла.
Чхого шумно втянул воздух.
— Кхалиси, нет, — колокольчики в его косе тихо зазвенели, когда он спешился. — Нельзя к ним приближаться. Не давайте им до себя дотронуться! Не надо!
Дени прошла мимо него. На земле, в нескольких футах от них, лежал стонущий старик, вперив взгляд в серые облака. Сморщив нос от вони, королева встала рядом с ним на колени и, отодвинув грязные седые волосы, пощупала больному лоб.
— Он весь горит. Мне нужна вода, чтобы его омыть — сгодится и морская. Марселен, принесешь немного? Ещё потребуется масло для погребального огня. Кто поможет мне сжечь мертвецов?
К тому времени, как Агго вернулся вместе с Серым Червем и пятью десятками Безупречных, идущими размашистым шагом вслед за конем дотракийца, Дени удалось настолько застыдить всю свою свиту, что ей помогали все до единого. Саймон Полосатая Спина и его люди оттаскивали живых от мёртвых и громоздили трупы в кучу, Чхого, Ракхаро и остальные дотракийцы помогали тем, кто ещё мог ходить, дойти до берега, чтобы искупаться и постирать одежду. Агго пялился на них, как на сумасшедших, но Серый Червь только преклонил перед королевой колено и сказал: