«A на случай, если моё чрево окажется иссохшим, а женские части скверны, у них тоже найдется специальный пирог?»
— Хиздару зо Лораку представится возможность изучить мои женские части после свадьбы.
«У кхала Дрого не было с ними проблем, не будет и у Хиздара».
— Пусть его мать и сестры обследуют друг друга и сами разделят особый пирог. Я его есть не буду. И не буду мыть благородному Хиздару его благородные ноги.
— Ваше великолепие, вы не понимаете, — запротестовал Резнак. — Омовение ног — это священная традиция. Оно означает, что вы будете в услужении у мужа. Свадебный наряд тоже полон скрытого значения. Невеста носит тёмно-красное покрывало поверх белого шелкового токара с бахромой из маленьких жемчужин.
«Королеве зайцев нельзя выйти замуж, не надев большие уши».
— И эти жемчужины будут греметь на каждом шагу.
— Жемчуг — символ плодородия. Чем больше жемчужин носит ваша милость, тем больше здоровых детей произведет на свет.
— И зачем мне сотня детей? — Дени обернулась к Зелёной Милости. — Если мы обвенчаемся по вестеросскому обряду…
— Боги Гиса не сочтут этот брачный союз подлинным. — Лицо Галаззы Галар скрывало покрывало из зелёного шёлка. Видны были только глаза — зелёные, мудрые и грустные. — Для горожан вы будете наложницей благородного Хиздара, а не законной женой, а ваши дети — бастардами. Нет, ваша милость должна обвенчаться с Хиздаром в Храме Милостей в присутствии всей миэринской знати, чтобы те стали свидетелями вашего брака.
«Под каким-нибудь предлогом выманите глав всех семейств из их пирамид, — предлагал ей когда-то Даарио. — Слово дракона — огонь и кровь». Дени отбросила эту мысль как недостойную.
— Как пожелаете, — вздохнула она. — Я выйду замуж за Хиздара в Храме Милостей и буду закутана в белый токар с бахромой из мелких жемчужин. Что ещё?
— Ещё одна мелочь, ваша милость, — сказал Резнак. — Чтобы отметить ваше замужество, хорошо бы дать разрешение на открытие бойцовских ям. Это стало бы вашим свадебным даром Хиздару и вашему любящему народу — знак того, что вы восприняли древние обычаи и традиции Миэрина.
— И поступок, более других угодный богам, — добавила мягким и добрым голосом Зелёная Милость.
«Кровавый выкуп за невесту». Дейенерис устала воевать против ям — даже сир Барристан не верил, что ей удастся победить.
— Никакой правитель не может сделать свой народ хорошим, — сказал он ей. — Бейелор Благословенный молился, постился и строил Семерым такие храмы, о которых другие боги и мечтать не могли, но и он не смог положить конец войнам и нужде.
«Королева должна прислушиваться к чаяниям своего народа», — напомнила себе Дени.
— Когда мы поженимся, Хиздар станет королем. Пусть сам заново открывает ямы, если ему угодно. Я не хочу в этом участвовать.
«Пусть кровь будет на его руках, а не на моих».
Она встала.
— Если мой муж хочет, чтобы я омыла его ноги, пусть сначала омоет мои. Я скажу ему об этом сегодня вечером.
Любопытно, как на это отреагирует её суженый.
Беспокоиться не пришлось. Хиздар зо Лорак, облаченный в бордовый токар с золотой полосой и каймой из золотых бусин, прибыл к королеве спустя час после захода солнца. Наливая ему в чашу вино, Дени рассказала жениху о встрече с Резнаком и Зелёной Милостью.
— Эти обряды ничего не стоят, — заявил Хиздар, — просто шелуха, которую давно надо отбросить. Миэрин погряз в глупых старых обычаях.
Он поцеловал ей руку и добавил:
— Дейенерис, моя королева, я с радостью вымою вас с головы до пят, если именно это требуется, чтобы стать вашим королём и супругом.
— Чтобы стать моим королём и супругом, от тебя требуется только принести мне мир. Скахаз сказал мне, что ты принес вести о перемирии.
— Так и есть, — Хиздар скрестил длинные ноги. Он выглядел очень довольным собой. — Юнкай согласен на мир, но не бесплатно. Уничтожение работорговли причинило всему цивилизованному миру большие убытки. Юнкай и его союзники требуют от нас их возместить, уплатив золотом и драгоценными камнями.
Золото и драгоценности — это несложно.
— Что еще?
— В Юнкае, как и прежде, будет рабство, а Астапор восстановят как рабовладельческий город, и вы не будете этому препятствовать.
— Юнкайцы возродили рабство, стоило мне отойти на две лиги от их города. Разве я повернула обратно? Король Клеон умолял меня вступить с ним в военный союз против них, но я осталась глуха к его мольбам Я не хочу войны с Юнкаем — сколько мне это повторять? Каких обещаний они требуют?