— Милорд. Чем могу служить?
— Ты отдал мне девчонку. Кто же лучше тебя подойдет для того, чтобы распаковать подарочек? Давай-ка взглянем на маленькую дочурку Неда Старка.
«Она не родня лорду Эддарду, — едва не воскликнул Теон. — Рамси знает, должен знать. Что это за новая жестокая игра?» Девушка стояла у столбика балдахина, дрожа, как лань.
— Леди Арья, если вы повернетесь спиной, то я расшнурую ваше платье.
— Нет.
Лорд Рамси налил себе чашу вина.
— Расшнуровывать — слишком долго. Срежь его.
Теон вытащил кинжал. «Всё, что мне нужно сделать — повернуться и заколоть его. Нож у меня в руке».
Теперь он понял, что это за игра.
«Ещё одна ловушка, — прошептал он про себя, вспомнив Киру с ключами. — Рамси хочет, чтобы я попытался убить его. А когда у меня ничего не получится, сдерёт кожу с руки, державшей клинок».
Теон схватил невесту за подол.
— Стойте смирно, миледи.
Ниже талии платье было свободным, туда он и просунул кинжал, медленно продвигаясь наверх, чтобы не поранить тело. Сталь с легким шелестом разрезала шерсть и шёлк. Девушку трясло. Теону пришлось взять её за руку, чтобы она перестала шевелиться.
«Джейни, Джейни, Джейни-унижение». Он сжал её ладонь так сильно, насколько позволяла его искалеченная левая рука.
— Стойте смирно.
Наконец, платье белым ворохом упало у ног девушки.
— Бельё тоже, — приказал Рамси.
Вонючка подчинился.
Когда это было сделано, невеста осталась стоять голышом посреди своего свадебного наряда, лежавшего на полу кучей бело-серых лоскутов. Груди девушки были маленькими и острыми, бёдра — узкими, словно у маленькой девочки, а ножки — тонюсенькими, как у птички. «Дитя». Теон позабыл, насколько она молода. «Ровесница Сансы. Арья была бы ещё моложе». Несмотря на пылавший в очаге огонь, в спальне было прохладно. Бледная кожа Джейни покрылась мурашками. В какой-то миг она подняла руки, чтобы прикрыть грудь, но Теон одними губами прошептал «нет», и, заметив это, она их опустила.
— Ну и как она тебе, Вонючка? — спросил лорд Рамси.
— Она….
«Какой ответ он хочет услышать?»
Что там девушка сказала перед богорощей? «Они все называли меня хорошенькой».
Сейчас она не была хорошенькой. Он видел паутинку светлых тонких линий на спине — следы от хлыста.
— … она красивая, очень… очень красивая.
Рамси улыбнулся своей пьяной улыбочкой.
— Твой член встал на неё, Вонючка? Натянул твои портки? Ты хотел бы трахнуть её первым?
Он расхохотался.
— У принца Винтерфелла есть на это законное право, как и у всех лордов с давних времен. Право первой ночи. Но ты ведь не лорд, верно? Всего лишь Вонючка. Даже не мужчина, по правде говоря. — Отхлебнув вина, Рамси швырнул через комнату чашу, и та разбилась о стену. По камню потекли багровые ручейки. — Леди Арья. Ступайте в постель. Да, на подушки, вот это хорошая жена. Теперь раздвинь ноги. Позволь нам поглядеть на твою щель.
Девушка молча подчинилась. Теон шагнул к двери. Лорд Рамси сел рядом со своей новобрачной, скользнул рукой вдоль внутренней стороны её бедра и засунул в неё два пальца. Девушка задохнулась от боли.
— Ты сухая, как старуха. — Рамси вытащил свою руку и ударил её по лицу. — Мне говорили, что ты знаешь, как доставить мужчине удовольствие. Или это ложь?
— Н-нет, милорд. Меня об-бучили.
Рамси поднялся, сполохи огня играли на его лице.
— Вонючка, иди сюда. Подготовь её для меня.
Он не сразу понял.
— Я… вы хотите сказать… м'лорд, у меня нет… я…
— Ртом, — приказал лорд Рамси. — И поторопись. Если она не будет мокрой к тому времени, как я разденусь, я отрежу тебе язык и прибью его к стене.
Где-то в богороще каркнул ворон. Кинжал всё ещё был у него в руке.
Он вложил его в ножны.
«Вонючка, меня зовут Вонючка, Вонючка-закорючка».
Вонючка склонился, чтобы исполнить приказ.
Страж
— Давайте же взглянем на голову, — приказал принц.
Продолжая наблюдать, Арео Хотах погладил рукоять секиры — своей супруги из ясеня и железа. Он следил за белым рыцарем, за сиром Бейлоном Сванном, и его спутниками, за Песчаными Змейками, каждая из которых расположилась за отдельным столом. Наблюдал за лордами и леди, слугами, старым слепым сенешалем и молодым мейстером Мильсом, обладателем шелковистой бородки и раболепной улыбки. Расположившись на границе света и тени, Хотах следил за всеми. «Служить. Защищать. Повиноваться» — вот его задача.