— Да, Кожаный — дикарь, — согласился Джон. — Согласен. Я лично испытал его на тренировочном дворе. Он так же опасен с каменным топором, как большинство рыцарей со сталью в руке. Я знаю, он не так терпелив, как бы мне хотелось, и некоторые парни его боятся… но все это к лучшему. Однажды им предстоит участвовать в настоящей битве, и им поможет подобное знакомство с ужасом.
— Он одичалый.
— Был им, пока не произнес клятву. Теперь он наш брат. И может научить парней чему-то большему, чем просто фехтованию. Им не повредит знание пары слов на древнем наречии и некоторые навыки свободного народа.
— Свободные, — заворчал ворон. — Зерно. Король.
— Люди ему не доверяют.
«Какие люди? — хотелось спросить Джону. — Сколько их?» Но это бы вывело его на путь, по которому он не хотел идти.
— Жаль. Что-нибудь еще?
Заговорил септон Селладор:
— Мальчишка Атлас. Говорят, ты решил сделать его своим стюардом и оруженосцем вместо Толлетта. Милорд, этот мальчишка — шлюха… осмелюсь сказать… размалёванный мужеложец из борделей Староместа.
«А ты — пьяница».
— Кем он был в Староместе — не наше дело. Парень быстро учится и очень умён. Поначалу другие новобранцы презирали его, но Атлас изменил их мнение и сумел со всеми подружиться. Бесстрашный в бою и даже может читать и немного писать. Парень справится с сервировкой моего стола и уходом за моей лошадью, не так ли?
— Скорее всего, — ответил Боуэн Марш с каменным лицом, — но людям он не нравится. По традиции, оруженосцами лорда-командующего становятся парни хорошего происхождения, которых готовили для командования. Милорд, вы верите в то, что бойцы Ночной Стражи пойдут в бой за шлюхой?
Джон потерял терпение:
— Они ходили за худшими командирами! Старый Медведь оставил в наследство несколько предостерегающих записок о кое-ком из них. Наш повар из Сумеречной Башни насиловал септ. После каждой жертвы он выжигал на своем теле семиконечную звезду. Его левая рука в звёздах от запястья до локтя, и икры тоже. В Восточном Дозоре есть человек, который поджёг дом своего отца и запер дверь. Вся его семья, все девять человек, сгорели дотла. Чем бы ни занимался Атлас в Староместе, теперь он наш брат и будет моим оруженосцем.
Септон Селладор отпил немного вина. Отелл Ярвик наколол колбаску на кинжал. Боуэн Марш сидел с пунцовым лицом. Ворон захлопал крыльями и прокаркал:
— Зерно, зерно, смерть!
Наконец, лорд-стюард прочистил горло:
— Вашей светлости, я уверен, лучше знать. Могу я спросить об этих трупах в ледяных камерах? Люди волнуются. И зачем держать мертвяков под стражей? Двое бойцов лишь напрасно тратят время, если только вы не опасаетесь, что мертвецы…
— … восстанут? Я молюсь, чтобы так и произошло.
Септон Селладор побледнел.
— Спаси нас Семеро. — Вино закапало с его подбородка, оставив алую дорожку. — Лорд-командующий, эти мертвецы — монстры, чудовищные создания. Мерзость в глазах богов. Вы… вы же не собираетесь с нимиразговаривать?
— А способны ли они говорить? — спросил Джон Сноу. — Я так не думаю, но не могу утверждать, что знаю наверняка. Возможно, теперь они и чудовища, но перед смертью были людьми. Сколько человеческого в них осталось? Тот, которого я убил, собирался напасть на лорда-командующего Мормонта. Он точно знал, кто это и где его найти. — Мейстер Эйемон понял бы намерения Джона, он в этом не сомневался. Сэм Тарли перепугался бы, но тоже бы понял. — Мой лорд-отец говорил, что человек должен знать своих врагов. Нам почти ничего не известно о мертвецах и ещё меньше — об Иных. Поэтому мы должны изучать их.
Ответ Джона им не понравился. Септон Селладор сжал свисавший с шеи кристалл и сказал:
— По-моему, это очень неразумно, лорд Сноу. Я буду молиться Старице, чтобы она подняла свой сияющий фонарь и повела вас по пути мудрости.
Терпение Джона иссякло:
— Уверен, что всем нам не помешало бы немного мудрости. — «Ты ничего не знаешь, Джон Сноу». — Так, должны ли мы поговорить о Вель?
— Значит, это правда, — произнес Марш. — Вы отпустили её.
— На ту сторону.
Септон Селладор втянул воздух.
— Она пленница короля. Его величество придёт в ярость, узнав, что она исчезла.
— Вель вернется. — «Раньше Станниса, если боги будут благосклонны».