С тремя браавосскими кораблями флот Восточного Дозора увеличится до одиннадцати, если считать реквизированное Коттером Пайком по приказу Джона иббенийское китобойное судно, торговую галеру из Пентоса, которую постигла та же участь, и три потрёпанных лиссенийских военных корабля — остатки бывшего флота Салладора Саана, занесённые на Север осенними штормами. Все три судна Саана нуждались в ремонте, но теперь их уже должны были привести в порядок.
Одиннадцати кораблей было недостаточно, но если тянуть ещё дольше, вольный народ в Суровом Доле перемрёт до прибытия спасателей. «Плыть сейчас или не плыть вовсе». И неизвестно, окажутся ли Матушка Кротиха и её последователи доведены до такого отчаяния, чтобы согласиться вверить свои жизни Ночному Дозору…
Когда Тихо Несторис покидал покои Джона, уже стемнело. Пошел снег.
— Сдаётся мне, передышка оказалась короткой, — Джон поплотнее запахнул плащ.
— Зима вот-вот нагрянет. В день, когда я покидал Браавос, каналы покрылись коркой льда.
— Через Браавос не так давно должны были проехать трое моих людей, — сказал банкиру Джон. — Старый мейстер, певец и молодой стюард, сопровождавшие в Старомест девушку из одичалых и её ребенка. Думаю, вряд ли вы о них слышали?
— Боюсь, что так, милорд. Вестеросцы бывают в Браавосе каждый день, но по большей части приезжают и уезжают из Тряпичного порта. Корабли Железного Банка швартуются в Пурпурной Гавани. Если пожелаете, я мог бы навести о них справки, когда вернусь домой.
— Не стоит. Теперь они уже должны быть в безопасности в Староместе.
— Будем надеяться. Узкое море в это время года полно опасностей, кроме того, начали поступать тревожные сообщения о странных кораблях, замеченных на Ступенях.
— Салладор Саан?
— Лисенийский пират? Говорят, он занялся своим привычным ремеслом. А ещё и военные корабли лорда Редвина курсируют среди островов Сломанной Руки. На пути домой, конечно же. Но этих людей и эти корабли мы знаем. Нет, там были другие паруса… с дальних восточных берегов, быть может… и ходят странные слухи о драконах.
— Нам бы сюда одного. Дракон мог бы нас немного согреть.
— Милорд шутит. Простите меня, что я не смеюсь. Мы, браавосцы — потомки тех, кто бежал из Валирии от гнева драконьих повелителей. Мы не шутим о драконах.
«Да, похоже, что так».
— Приношу свои извинения, лорд Тихо.
— Не стоит, лорд-командующий. Кажется, я проголодался. От предоставления займа на такую крупную сумму золотом разыгрался аппетит. Не будете ли вы любезны объяснить мне, как пройти в вашу трапезную?
— Я сам провожу вас, — Джон сделал приглашающий жест. — Сюда.
Когда они пришли, Джон решил, что будет невежливо, если он не разделит хлеб с банкиром, и послал за едой. Известие о новоприбывших привлекло почти всех, кто не был на дежурстве или не спал, так что в помещении было душно и полно народа.
Королева с дочерью отсутствовали. Скорее всего, они обустраивались в Королевской Башне. Однако сиры Брюс и Малегорн были тут как тут, развлекая братьев новостями из Восточного Дозора и из-за моря. Три королевские фрейлины сидели рядком, и им прислуживали служанки и с дюжину воздыхателей из Ночного Дозора.
Ближе к входу Десница королевы налегал на каплунов, срывая мясо с костей и запивая элем каждый кусок. Заметив Джона Сноу, Акселл Флорент отшвырнул в сторону кость, вытер рот тыльной стороной ладони и вразвалку двинулся к нему. Он выглядел комично — ноги колесом, грудь как бочонок, торчащие уши, но Джон знал, что лучше над ним не смеяться. Сир Акселл был дядей королевы Селисы и одним из первых принял красного бога Мелисандры. «Если он и не убивал своих родичей, то был недалек от этого». Мейстер Эйемон рассказывал о том, что Мелисандра сожгла родного брата Акселла Флорента, а тот ничего не предпринял, чтобы её остановить. «Что за человек будет стоять и смотреть, как его собственного брата сжигают заживо?»
— Несторис, — сказал сир Акселл, — и лорд-командующий. Могу я к вам присоединиться? — и опустился на скамью еще до того, как они успели ответить.
— Лорд Сноу, если позволите спросить… принцесса одичалых, о которой писал его величество король Станнис, где она, милорд?
«За много лиг отсюда, — подумал Джон, — если боги милостивы, сейчас она уже отыскала Тормунда Великанью Смерть».